Действительно ли Снеддон хотел представить фотографии гениталий Майкла Джексона на суде 2005 года?

Действительно ли Снеддон хотел представить фотографии Майкла Джексона на суде 2005 года?, изображение №1

Создавая эту статью, я с удивлением обнаружила, что хейтеры Майкла до сих пор оспаривают тот факт, что описание Джордана не соответствовало фотографиям интимных частей тела Майкла. Они утверждают, что на суде 2005 года обвинение было «настроено» раскрыть эти доказательства, и якобы «это красноречиво свидетельствует об их уверенности в соответствии описания Джордана фотографиям».

Предположение о том, что прокуроры действительно планировали представить эти доказательства, совершенно неверно, поскольку они знали, что никогда не смогут представить их в отсутствие Джордана Чандлера в качестве их прямого свидетеля, и игнорировать это — все равно что игнорировать слона в комнате.

СЛОН В КОМНАТЕ.

Использование описания в качестве доказательства без права перекрестного допроса того, кто его сделал, было бы равносильно слуху и нарушило бы право обвиняемого на конфронтацию, гарантированное Шестой поправкой к Конституции США.

В своем ответе на ходатайство Снеддона защита возмутилась и заявила, что не может поверить, что прокурор действительно это делает:

БЫЛО БЫ КОНСТИТУЦИОННОЙ ОШИБКОЙ ДОПУСТИТЬ ВВЕДЕНИЕ ЭТОГО ДОКАЗАТЕЛЬСТВА

Джордан Чандлер никогда не подвергался перекрестному допросу. Утверждения, содержащиеся в заявлении г-на Снеддона, являются результатом допроса г-на Чандлера правоохранительными органами ex parte. Рисунок, сделанный г-ном Чандлером, и его показания являются слухами и никогда не подвергались перекрестному допросу. Верховный суд Соединенных Штатов в деле Кроуфорд против Вашингтона (2004) 541 U. S. 36 прямо постановил, что Положение о конфронтации Шестая поправка запрещает представление свидетельских показаний, основанных на слухах, которые не были подвергнуты перекрестному допросу.

Рисунок и показания г-на Чандлера являются свидетельскими. Г-н Чандлер был допрошен с целью сбора улик против г-на Джексона. […] Цель Положения о конфронтации — защитить от опасности такого рода недостоверных свидетельских показаний с чужих слов.

Примечание 1: Трудно поверить, что прокурор мог подать это ходатайство добросовестно, учитывая отсутствие фактической основы и юридический запрет на такого рода слухи. Хотелось бы надеяться, что это не было просто попыткой прокурора публично распространить этот недопустимый материал.

Ходатайство Снеддона о признании описания и фотографий доказательством было сделано 25 мая 2005 г. — всего за пару недель до окончания судебного разбирательства 13 июня. Ответ защиты был быстрым, он был подготовлен за одну ночь, так как слушание дела должно было состояться уже на следующий день, 26 мая.

Слушание было коротким. Судья выслушал доводы обеих сторон и быстро отклонил ходатайство Снеддона, указав, что, поскольку свидетель «определенно недоступен», Положение о конфронтации не допускает такого рода доказательства:

9…. Кроуфорд мог бы обратиться к возможности

10 перекрестного допроса мальчика — или … ну, вы знаете, мистера

11 Чандлера. Он больше не мальчик — в этом вопросе,

12 и он определенно недоступен, так что

13 это является моим аргументом для исключения этих доказательств.

14 Есть ли еще что-нибудь, что нам нужно обсудить,

15 прежде чем мы пригласим присяжных?

Таким образом, дело было закрыто почти сразу, оставив нас в недоумении относительно цели этого ходатайства, и мы решили, что это было какое-то недоразумение — только эта «мелочь» оставила за собой длинный шлейф негативной огласки, который тянется до сих пор.

Фактической целью ходатайства Снеддона было — нанести удар и скрыться, навсегда оставив публику с чувством неуверенности и сомнения.

Однако абсолютно ясно: то, что должно было доказывать «совпадение», никогда не могло быть допущено до суда, поскольку свидетель был недоступен, и Снеддон прекрасно знал об этом, поэтому ходатайство об этих доказательствах было бессмысленным.

Единственной целью, которую преследовал Снеддон, была негативная огласка в сочетании с его уверенностью в том, что защита никогда не сможет проверить его историю.

Не ускользнуло от нашего внимания и то, что обсуждение в суде состоялось буквально на следующий день после ходатайства Снеддона и разрешилось очень быстро, так что у защиты не было возможности ознакомиться с так называемыми «доказательствами» Снеддона и провести сравнение описания и самих фотографий.

Если бы стороны уже не изложили свои аргументы, и процесс не был бы близок к заседанию присяжных, у защиты было бы время потребовать раскрытия описания и фотографий после ходатайства Снеддона, однако времени на это не оставалось, тем более что судья отклонил ходатайство почти мгновенно – все это заставляет нас подозревать, что именно так все и планировалось окружным прокурором с самого начала.

Примечательно, что хейтеры MJ полностью игнорируют этого «слона», предпочитая вдаваться в дебаты, единственная цель которых — отвлечь общественность от того факта, что ходатайство Снеддона было чистым блефом. Они пожимают плечами в притворном удивлении, и говорят, что прокурор никогда бы не рискнул лжесвидетельствовать и солгать так откровенно.

Однако Снеддон обезопасил себя от любого риска.

Во-первых, ходатайство Снеддон завершил утверждением, что оно «основано на информации и убеждениях», что юридический словарь интерпретирует как «я просто излагаю то, что мне сказали, и я верю этому». Это дает понять, о каких заявлениях он/она не имеет достоверного личного знания, и защищает заявителя от претензий на откровенную ложь или лжесвидетельство.»

По сути, Снеддон сказал, что это то, во что он верил, но не был в этом уверен.

А во-вторых, обвинение сделало все возможное, чтобы дело не дошло даже до той стадии, когда их так называемые «доказательства» могут быть проверены. Чтобы удостовериться, что проверка никогда не будет проведена, обвинение предприняло все меры предосторожности, чтобы заблокировать доступ защиты к этой информации на протяжении всего процесса. Это объясняет, почему вопрос был поднят так поздно и так быстро.

ЗАДАЙТЕ СЕБЕ ВОПРОС.

Официальное объяснение того, что ходатайство было подано в самом конце судебного разбирательства, на этапе опровержения, когда защита уже изложила свою точку зрения, заключалось в том, что они хотели опровергнуть чьи-то показания о том, что «Майкл Джексон был застенчивым и скромным».

Но опровергать было нечего. Во время ночного анализа ходатайства Снеддона защита проверяла все показания на суде и обнаружила, что ни один из свидетелей не использовал эти слова. Майкл действительно был застенчивым и скромным, только по чистой случайности об этом никто не упомянул.

Таким образом, предоставленный мотив был явным предлогом, подготовленным заранее в надежде, что так или иначе этот вопрос будет поднят в ходе судебного разбирательства. По словам защиты, это была «карманная заготовка» окружного прокурора.

Во время слушаний 26 мая 2005 года г-н Сэнгер сказал:

7… мне показалось, что, когда я проверял это,

8 это была карманная заготовка, которую

9 окружной прокурор первоначально подготовил на случай,

10 если потребуются объяснения. Но этого не случилось. Теперь они

11 пытаются привести это в качестве опровержения, и это

12 было бы просто абсолютно неуместно, как 1101, потому

13 что это ничего не опровергает, ясно?

«1101» — это глава в Калифорнийском кодексе доказательств, относящаяся к «доказательствам характера», и хотя доказательство было зарегистрировано как 1101, обвинение все же хотело выдать его за 1108 («Предыдущие преступные действия»).

Но что касается «предыдущих преступных действий», обвинение уже подало два ходатайства за несколько месяцев до этого. Однако в обоих случаях Снеддон решил не упоминать описание Чандлера и фотографии в качестве доказательств, и не стал их раскрывать.

Г-н Сэнгер с некоторым удивлением отметил эти странные действия обвинения — сначала они не представили это как 1108 «предыдущие преступные действия», а теперь они это сделали, но под другим кодексом доказательств, 1101, в то же время утверждая, что это 1108.

Даже текст ответа Сэнгера передает, насколько он озадачен этим – что, черт возьми, здесь происходит на самом деле?

14 Что на самом деле они пытаются сделать, и я думаю, что это то,

15 что я слышал: мистер Зонен только что спорил, они16 пытаются доказать, что это 1108.

[ … ]

14 Этого не было даже в первоначальном ходатайстве 1108,

15 по которому суд сократил то, что они представили

16 первоначально. Значит, там этого не было.

[ … ]

28 И они не просят принять его в качестве доказательства 1108.

1 Они просят принять его в качестве

2 доказательства 1101(b).

3 И идея, я думаю, заключается в том,

4 что они относят это к вопросу о том,

5 был ли мистер Джексон застенчивым или скромным. Так вот,

6 это не то, что только что сказал г-н Зонен, когда

7 начал спорить.

[ … ]

10 мы не можем принять это как

11 цель ходатайства. Они не предлагали

12 этого в своих бумагах ранее. Они не предлагали его

13 для этой цели. Они предлагали его с другой

14 целью. Так что это будет доказательство 1101(b) по какому-то

15 сопутствующему делу, если такое когда-нибудь будет рассматриваться.

16 Но этого не произошло.

Под «этого не произошло» г-н Сэнгер имел в виду, что никто не упоминал слова «застенчивый и скромный», поэтому нечего было опровергать в соответствии с разделом 1101 (b). Что касается статьи 1108, он также сказал:

17 это не соответствует критериям для 1108. Это не соответствует

18 критериям, установленным судом, что это будет

19 кто-то, непосредственно видевший что-то.

Пожалуйста, пусть это последнее утверждение вас не смущает. Если бы это свидетельство было правдой, оно полностью соответствовало бы критериям «предыдущих преступных действий», и единственной проблемой здесь был бы пропавший свидетель, который не мог дать показания относительно своего описания и утверждать, что именно это он видел собственными глазами.

Обсуждение этого вопроса в его отсутствие было бы грубым нарушением, слухом, и с этой точки зрения такое «доказательство» никогда не было бы квалифицировано, и должно было быть отклонено судьей в любом случае.

Однако фактор отсутствующего свидетеля существовал на протяжении всего процесса, но это не помешало Снеддону поднять этот вопрос, так что единственная загадка, которую нам нужно разгадать, — почему он сделал это так поздно.

Задайте себе вопрос: даже если вы знаете, что доказательства могут быть отклонены, почему бы не попытаться представить их вместе с другими доказательствами «предыдущих преступных действий» вместо того, чтобы упоминать о них как бы мимоходом в самом конце судебного разбирательства под фальшивым предлогом ?

В обоих случаях это свидетельство было неизбежно отклонено (из-за Положения о конфронтации), но не лучше ли было «ковать железо пока горячо»?

Однако, Снеддон поступил именно так. И ответ на этот вопрос можно найти только в одном слове. Это слово — ОТКРЫТИЕ.

ЧТО ТАКОЕ ОТКРЫТИЕ?

«Открытие» — это процесс обмена информацией между противоборствующими сторонами на досудебной стадии.

Он позволяет сторонам узнать, какие доказательства будут представлены, и предназначен для предотвращения «судебного разбирательства из засады», когда одна сторона не знает о показаниях или свидетелях другой стороны до суда, и когда нет времени получить ответные доказательства.

http://www.americanbar.org/groups/public_education/resources/law_related_education_network/how_courts_work/discovery.html

Правила раскрытия информации требуют, чтобы обвинение передало свои доказательства защите, и это ключ ко всему делу.

Если бы обвинение упомянуло описание/фотографии в своем более раннем ходатайстве о «предыдущих преступных действиях», они были бы обязаны предъявить эти доказательства защите, так же как они делали со всеми остальными доказательствами – показаниями свидетелей, книгами, изъятыми во время обыска из дома Майкла, соглашением с Чандлером и т. д.

Однако обвинение не представило описание/фотографии в соответствии с их ходатайством 1108, и очевидной причиной этого является их полное нежелание раскрывать эти доказательства другой стороне, обнародовав тем самым, что это было мошенничеством.

Обвинение упомянуло об этих доказательствах лишь спустя несколько месяцев, в тот момент, когда у защиты уже не было возможности их получить. Это было в самом конце процесса, и у защиты не было времени, чтобы сделать запрос о предоставлении доказательств. Дело было закрыто почти мгновенно из-за его абсурдности и явной нехватки времени, поэтому прокуроры чувствовали себя абсолютно уверенно, хвастаясь этими «уликами», но не раскрывая их другой стороне.

Это вкратце, но если мы хотим знать, какие еще интересные открытия несет нам проблема «открытия», нам нужно углубиться в этот предмет.

И выводы, которые мы сделаем, будут поистине бесценными.

ЭТО НЕОБХОДИМО ЗНАТЬ.

Открытие: что и когда должно раскрыть обвинение.

Могут ли прокуроры предъявить обвиняемым доказательства, как по телевидению?

Нет. В прошлом прокуроры могли скрывать доказательства от обвиняемых с тем же рвением, с каким малыши защищают игрушечные грузовики и куклы от своих братьев и сестер. Обвиняемые не могли заставить прокуратуру предъявить свидетельские показания или раскрыть имена своих свидетелей. Теперь утвердилось мнение о том, что заблаговременное раскрытие информации будет способствовать более справедливому судебному разбирательству — если адвокаты заранее знают, чего ожидать, они смогут лучше защитить своих клиентов.

Неожиданные доказательства могут создать прекрасную драму, но приводят к несправедливому правосудию. В отличие от прокуроров, обвиняемые не могут обращаться в полицейские органы с просьбой помочь им в расследовании и отреагировать на доказательства, о которых они впервые узнают на суде. Таким образом, каждая юрисдикция (каждый штат и федеральное правительство) имеет правила раскрытия информации, требующие от прокуроров раскрывать доказательства обвиняемым до суда.

Правила раскрытия обычно различают необработанную информацию, такую как имена свидетелей, полицейские отчеты и результаты тестов на наркотики или алкоголь, а также теории и стратегии адвокатов. Последнее называется «продуктом труда». Прокуроры не обязаны передавать свой «продукт труда» обвиняемым — иначе это было бы несправедливо.

http://www.nolo.com/legal-encyclopedia/what-when-the-proservation-must-disclose.html

Чтобы понять различие «открытия» и «продукта труда», предлагаем вам следующий пример:

Видеозапись определенного инцидента, на котором основаны обвинения полиции, является открытием и должна быть передана защите, однако меморандум, содержащий выводы, сделанные на основе его анализа, является продуктом труда, и его прокуроры держат при себе.

  • Если мы применим этот пример к описанию Джордана и фотографиям MJ, то и то, и другое будет считаться открытием, а сопутствующий анализ и отчеты экспертов по их сравнению будут продуктом труда. Открытие должно было быть предоставлено защите, в то время как анализ этих материалов обвинением не проводился.

Каждый штат имеет свои собственные правила открытия, и в Калифорнии этот вопрос регулируется главой 1054 Калифорнийского кодекса доказательств.

Отличие Калифорнии состоит в том, что обвинение не обязано раскрывать открытие до тех пор, пока защита не сделает неофициальный запрос об этом, поэтому мы можем сделать вывод, что как минимум защита должна была знать, какие доказательства намерено представить обвинение, потому что, если они не были проинформированы, они просто не могли знать, что запрашивать.

  • Это объясняет, почему защита придавала такое большое значение тому факту, что они никогда не знали, что обвинение поднимет вопрос об описании/фотографиях, и почему это было «несправедливым сюрпризом» для них. Если бы защита знала о намерениях прокуратуры, она бы обратилась с просьбой об этом своевременно, но в данной ситуации это было невозможно.

В главе 1054 Калифорнийского Кодекса доказательств говорится, что раскрытие всех доказательств должно происходить на досудебной стадии и заблаговременно — по крайней мере за 30 дней до начала судебного разбирательства.

Защита должна сделать неофициальный запрос о раскрытии информации, и если в течение 15 дней после этого обвинение не выполнит запрос, защита может запросить судебный приказ, а судья может вынести постановление о «немедленном раскрытии информации, о неуважении к суду, об отсрочке или запрете на дачу показаний свидетелем или предоставление реальных доказательств» и т. д.

  • Разумеется, в ситуации, когда судебный процесс 2005 года уже доходил до стадии заседания присяжных, ждать 15 дней, пока прокурор раскроет описание/фотографии, не было приемлемым вариантом, тем более, что судья отклонил это ходатайство уже на следующий день — и это дает понять, что созданный временной цейтнот был не просто случайностью, а неотъемлемой частью плана прокуратуры.

Тип доказательств, которые должны быть раскрыты другой стороне, различается в каждом штате, поэтому необходимо знать, разрешает ли глава 1054 калифорнийского закона раскрытие этого описания/фото-доказательства вообще. Позвольте мне полностью изложить суть этого вопроса:

Прокурор должен раскрыть подсудимому или его адвокату все нижеследующие материалы и сведения, если они находятся в распоряжении прокурора или если прокурор знает, что они находятся в распоряжении следственных органов:

а) имена и адреса лиц, которых обвинитель намерен вызвать в качестве свидетелей в ходе судебного разбирательства.

b) заявления всех ответчиков.

c) все соответствующие вещественные доказательства, изъятые или полученные в ходе расследования предъявляемых правонарушений.

d) наличие обвинительного приговора по уголовному делу в отношении любого существенного свидетеля, доверие к которому может иметь решающее значение для исхода судебного разбирательства.

e) любые оправдательные доказательства.

f) соответствующие письменные или записанные показания свидетелей или отчеты о показаниях свидетелей, которых обвинитель намеревается вызвать на судебное разбирательство, включая любые доклады или заявления экспертов, сделанные в связи с делом, включая результаты физических или психических экспертиз, научных тестов, экспериментов или сравнений, которые обвинитель намерен представить в качестве доказательств на судебном разбирательстве.

Несколько моментов в этом разделе требуют нашего внимания:

Пункт (c) гласит, что все реальные доказательства должны быть раскрыты защите. Описание Чандлера и фотографии MJ явно соответствуют этому требованию. Единственное возможное осложнение здесь заключается в том, что «обвиняемый в преступлениях», вероятно, мог ограничить возможность раскрытия только делом Арвизо.

С другой стороны, судья признал в качестве доказательства мировое соглашение с Чандлерами, хотя оно не имело никакого отношения к делу Арвизо. А также разрешил приобщить к делу две книги и каждый клочок бумаги, изъятые в доме Майкла еще в 1993 году, хотя это явно не было частью расследования преступлений по делу Арвизо.

  • Таким образом, мы пришли к выводу, что если бы Снеддон предоставил описание/фотографии вместе с другими доказательствами «предыдущих преступных действий», решение об их раскрытии принимал бы судья, и, учитывая вышеприведенные примеры, они имели высокие шансы быть допущенными до суда.
  • В этом случае эти улики все равно не дошли бы до зала суда (в силу конституционных прав подсудимого), однако защита могла хотя бы по крайней мере увидеть описание и фотографии. Этого Снеддон всеми силами старался избежать, и только по этой причине эти улики никогда не представлялись как доказательства «предыдущих преступных действий».

Пункт (e) тоже интересен. Он требует от обвинения предоставить защите все оправдательные доказательства. Учитывая, что рисунок не соответствовал фотографиям, это явно указывает на то, что Снеддон здесь нарушил закон. Этот момент является прекрасным объяснением того, почему Снеддон избегал введения этих доказательств на протяжении всего процесса, и только упомянул их как бы мимоходом в самом конце.

Пункт (f) — также намного интереснее, чем вы думаете. Он требовал от обвинения раскрыть защите показания всех свидетелей, которых он намеревался вызвать в суд, и это превосходно объясняет, почему Снеддон вызвал в качестве свидетелей таких подонков, как Филипп Лемарк (чей рассказ о Маколее Калкине зависел от выплаченной суммы), но не вызвал, например, такого свидетеля, как доктор Стрик.

Действительно ли Снеддон хотел представить фотографии Майкла Джексона на суде 2005 года?, изображение №2

Доктор Стрик был врачом, работавшим на правительство в 1993 году. Он присутствовал во время личного досмотра Майкла Джексона, и его работа заключалась в сравнении описания и фотографий. Однако по каким-то причинам его отстранили от этой задачи, и позже он говорил, что ему только «сказали», что совпадения были найдены.

Представьте себе перекрестный допрос доктора Стрика на суде 2005 года и те факты, которые Томас Мезеро мог извлечь бы из него, и вы поймете, почему Снеддон не хотел вызывать доктора Стрика в качестве свидетеля (по крайней мере, мы никогда не слышали об этом).

Еще одним свидетелем, которого Снеддон мог вызвать (но не вызвал), был сержант Шпигель, правительственный фотограф, который делал снимки обнаженного Майкла.

Вопиющее отсутствие этих свидетелей красноречиво говорит о лжи Снеддона касаемо этих доказательств и его решимости не позволить своим экспертам давать показания об этих фотографиях и раскрыть правду о невиновности Джексона.

ЕЩЕ ОДИН СЮРПРИЗ С ВЫБОРОМ ВРЕМЕНИ.

Когда я просмотрела весь список тех, кто должен был давать показания в соответствии с первоначальным ходатайством Снеддона № 1108, я увидела список людей, которые только слышали что-либо о предполагаемых «предыдущих преступных действиях» (и не обязательно видели их своими глазами), но несмотря на это, они были готовы поделиться своими слухами с присяжными.

Но в дополнение к этому я также сделала ошеломляющее открытие – хотя предполагаемые «предыдущие преступные действия» должны были быть побочным вопросом для дела Арвизо, обвинение сделало свое ходатайство об этом задолго до начала судебного процесса – 10 декабря 2004 года.

Для меня это была большая новость! Раньше я думала, что суд сосредоточен только на деле Арвизо, а «предыдущие преступные действия» были второстепенным вопросом, который возник только в середине судебного разбирательства. И теперь выясняется, что с самого начала Снеддон планировал это как масштабное дело против Майкла Джексона, охватывающее период по меньшей мере в десять лет (с 1993 года), если не больше.

Вот почему Снеддон подал ходатайство о «предыдущих преступных действиях» на досудебной стадии и прямо в срок, разрешенный законом — судебное разбирательство началось 31 января 2005 года с выбора присяжных, а ходатайства о приобщении доказательств в соответствии с законом по кодексу 1108 о «предыдущих преступных действиях» было сделано почти за два месяца до этого.

Представьте, сколько времени у защиты могло бы быть на проверку, если бы Снеддон включил описание Чандлера/фотографии MJ в это первоначальное ходатайство?

СЕКРЕТ ХОДАТАЙСТВА № 11O8.

Даже поверхностный анализ ходатайства 1108 показывает, что у Снеддона никогда не было намерения действительно предоставить описание Чандлера и фотографии MJ на этом процессе – обвинение собрало все слухи третьих сторон, которые они когда-либо могли получить, но в то же время тщательно избегало приобщения к делу того, что должно было быть их прямым доказательством.

Особенность этого ходатайства заключалась в том, что оно требовало признания показаний с чужих слов дюжины людей, которые были готовы дать показания о семи предполагаемых жертвах, однако эти предполагаемые жертвы (кроме Джейсона Франсиа) не собиралисьдавать показания в пользу обвинения и категорически отрицали любые злоупотребления со стороны Джексона.

В ходатайстве тщательно избегалась тема об отсутствии жертв и о том, что оно полагалось только на показания с чужих слов третьих лиц, достоверность которых была, мягко говоря, сомнительной.

На главной странице ходатайства говорится, что предполагаемые преступления против Джейсона Франсиа, Джонатана Спенса, Уэйда Робсона, Бретта Барнса, Маколея Калкина, Джимми Сейфчака и Джордана Чандлера должны быть доказаны ожидаемыми показаниями третьих лиц — Джоли Левин, Ориеты Мердок, Джейсона Франсиа, Мариано «Марка» Квиндоя, Бланки Франсиа, Ральфа Чакона, Джун Чандлер, Мэри Коллер, Чарли Майклс, Филиппа Лемарка и еще нескольких человек, краткие показания которых представлены на последующих страницах ходатайства.

Ходатайство оставляет ложное впечатление, что предполагаемые жертвы будут давать показания, однако при более внимательном рассмотрении выясняется, что только обобщенные показания Джейсона Франсиа, поддерживают это ходатайство:

Выдержка из ходатайства обвинения № 1108 от 10 декабря 2004 г.
Выдержка из ходатайства обвинения № 1108 от 10 декабря 2004 г.

Джордан Чандлер также был внесен в список свидетелей, только обвинение сделало вид, что он все еще сомневается, будет ли он давать показания. В специальной записке намекалось, что у обвинения есть «дополнительные доказательства правонарушений против Джордана Чандлера в 1993 году», но говорилось, что «включение предложенных г-ном Чандлером показаний в это ходатайство отложено из-за неопределенности, связанной с его отказом».

Эта записка была четким заявлением со стороны обвинения о том, что они скрывали то, что казалось ключевым доказательством, связанным с предполагаемыми «предыдущими преступными действиями» в 1993 году.

Официальное объяснение заключалось в том, что они не были уверены, будет ли Джордан Чандлер свидетельствовать против своего предполагаемого обидчика.

Однако это же заявление подразумевало, что показания других предполагаемых «жертв» будут включены в ходатайство. Обвинение сделало вид, что они готовы дать показания в пользу обвинения (хотя это было абсолютно не так), и что только Джордан Чандлер сомневался, и поэтому только его показания должны быть отозваны.

Видите, куда он нас ведет?

Это дает нам понять, что все предполагаемые жертвы (кроме Джейсона Франсиа) находились в равном положении, поскольку ни один из них не был доступен для обвинения, однако доказательства, касающиеся их всех, было предложено принять в суде, а доказательства, касающиеся Джордана Чандлера, были отозваны, и это было сделано под предлогом того, что он был единственным, в чьих показаниях обвинение не было уверено. Но он был не единственным!

Снова какой-то блеф!

Во-первых, к тому времени обвинение уже несколько месяцев, с сентября 2004 года, знало, что Джордан категорически отказывается участвовать в этом деле. Он сказал, что «выполнил свою часть работы», и даже пригрозил подать на них в суд, если они будут настаивать — так что история о его «сомнениях» была возмутительной ложью. Нам об этом стало известно только после смерти Майкла из-за обнародования файлов ФБР.

Но что еще более важно в этом контексте, так это то, что Джордан Чандлер не был исключением — никто из предполагаемых жертв, за исключением Джейсона Франсиа, не планировал давать показания в пользу обвинения. И прокуроры знали, что они не смогут их заставить. Показания предполагаемых жертв могли быть даны только по их доброй воле, и именно это сделали трое из них (Робсон, Барнс и Калкин), когда вызвались дать показания – со стороны защиты.

Но если все они отказываются давать показания в пользу обвинения, какой смысл выделять Джордана Чендлера из остальной группы?

Что ж, так прокуратура объяснила, почему они отозвали то, что должно было быть их ключевой уликой против Джексона!

Все ждали этого более десяти лет, да и Снеддон так долго говорил о предполагаемом «совпадении», что, если бы теперь он не представил эти улики в качестве доказательств, никто бы не понял.

И история о том, что показания Джордана официально «под сомнением», выглядела для аудитории правдоподобным объяснением. Если бы не было свидетеля, то обвинение не смогло бы представить доказательства, и это было действительно так.

Однако другие предполагаемые жертвы также не давали показаний, но это не стало препятствием для обвинения в предъявлении любых доказательств, которые у них были и касались их.

Таким образом, хотя все предполагаемые жертвы находились в равном положении с точки зрения их общего отказа свидетельствовать против Майкла, для Джордана Чандлера обвинение отозвало то, что должно было быть их «прямым» доказательством, в то время как для остальных «жертв» доказательства были построены на основе слов третьих лиц и были допущены к делу.

Разве это не интересный маленький секрет мистера Снеддона и мистера Зонена?

ДАЛЬНЕЙШИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ «ПРЕДЫДУЩИХ ПРЕСТУПНЫХ ДЕЙСТВИЙ».

4 января 2005 года (еще до начала судебного процесса) защита дала свой ответ на ходатайство обвинения о «совершенных ранее преступных действиях».

Защита обратила внимание судьи на то, что ходатайство прокуратуры было основано исключительно на показаниях третьих лиц (слухах), и что из семи «потерпевших», упомянутых в ходатайстве, в графике дачи показаний был указан только один — Джейсон Франсиа. Защита также отметила, что они все еще ждут открытия обвинения в отношении этого свидетеля.

Этот последний пункт очень важен, поскольку он дает понять, что после того, как ходатайство было сделано, доказательства, касающиеся предполагаемых жертв, должны были быть представлены другой стороне, даже если они не касались основного дела Арвизо и были своего рода второстепенным вопросом.

Защита заявила:

«Поразительно, но окружной прокурор утверждает, что в прошлом было совершено как минимум семь преступлений на сексуальной почве, однако только одна из семи предполагаемых жертв должна дать показания. Примечание 1. Защита еще не получила текущих сведений в отношении этого свидетеля.

Вместо предполагаемых жертв обвинение пытается представить показания группы недовольных бывших сотрудников, платных информаторов бульварной прессы и других лиц с сомнительной репутацией».

http://www.sbscpublicaccess.org/docs/ctdocs/011005pltrepdftopp110806.pdf

Очевидно, на том этапе защита еще не знала, что в отношении показаний предполагаемых жертв обвинение также лжет. Они просто недоумевали, почему никто из них не был включен в список свидетелей и не должен был давать показания.

Судья вынес решение по ходатайству о «предыдущих преступных действиях» только в середине судебного заседания — 28 марта 2005 года, и именно тогда он отклонил часть предложенных обвинением слухов и принял в качестве доказательств только те утверждения, в которых свидетели якобы видели что-то своими собственные глазами.

Интересно, но по линии, проведенной судьей, теперь мы можем понять, кто из свидетелей основывал свои рассказы на чистых слухах и кто утверждал, что он сам что-то видел.

Так мы узнаем, что история бывшего сотрудника Майкла Джексона Марка Квиндоя была настолько грубым слухом, что его показания не были приняты судьей, и что у недавно уволенного Боба Джонса не было ничего, кроме «мнения» о своем бывшем работодателе и собственными глазами он тоже ничего не видел, поэтому судья сократил его показания только до тех эпизодов, в которых он мог описать то, что он действительно видел.

Судья объяснил правило, по которому он делал выбор, так:

22… Я разделил это на части, показания о груминге ограничены

23 теми случаями, когда есть фактическое сексуальное поведение,

24 которое кто-то наблюдал. Вот тут-то

25 я и провел черту.

26 И просто чтобы привести вам пример, наблюдения мистера Джонса

27 в течение длительного периода времени были

28 заключениями и мнением, основанными на том, чего он не видел,

и их я не допустил.

2 Хорошо. Теперь следующий пункт, который я хочу рассмотреть, —

3 это вопросы о том, является ли данное соглашение

4 приемлемым или нет. В этом случае,

в деле Чендлера, я решил, что доказательства того,

что было соглашение, могут быть приняты судом, а

сумма соглашения — не может.

Разве не забавно, что соглашение с Чандлерами по гражданскому делу было допущено в качестве доказательства «предыдущих преступных действий», а описание и фотографии, которые должны были быть самыми главными доказательствами, даже не были запрошены обвинением для допуска?

15 апреля 2005 года Сага о «предыдущих преступных действий» вступила в новую стадию – обвинение выдвинуло еще одно ходатайство о принятии дополнительных доказательств «в соответствии с разделами 1108 и 1101 (b) кодекса доказательств».

Это дополнительное ходатайство требовало принять к рассмотрению показания Кассима Абдула, которые срочно потребовались обвинению для поддержки истории Ральфа Чакона, разваливающейся на части.

Обычно открытие происходит на досудебной стадии, и любые «доказательства после обнаружения» могут быть введены только в том случае, если они «не могли быть обнаружены с разумной тщательностью до вынесения судебного решения по ходатайству или завершения судебного разбирательства по веским причинам», как говорят юридические источники. https://www.law.cornell.edu/wex/after-discovered_evidence

Но в нашем случае обвинение знало об истории Кассима Абдула уже почти десять лет, однако по какой-то причине эта история не была включена в первоначальное ходатайство 1108.

Защита отметила это в своем возражении, поданном 18 апреля 2005 года:

«Окружной прокурор знал о заявлениях Кассима Абдула почти десять лет. По какой-то причине обвинение решило не включать это «доказательство» в свое ходатайство 1108. Раздел 1054.7 Уголовного кодекса требует раскрытия показаний свидетелей по крайней мере за 30 дней до начала следствия или немедленно, если информация станет известна в течение 30 дней после судебного разбирательства. Сейчас, в середине судебного разбирательства, обвинение пытается представить эти показания, не приводя веских причин, почему они не раскрыли заявления г-на Абдула за 30 дней до суда. Суд должен отклонить это ходатайство на основании отсутствия уважительной причины».

http://www.sbscpublicaccess.org/docs/ctdocs/041805respdasuppmot.pdf

Мы знаем, что это дополнительное открытие не было отклонено, и Кассим Абдул действительно дал свидетельские показания, у нас даже есть стенограмма его показаний в суде. Но суть не в этом.

Суть в том, что даже в середине процесса обвинение все еще могло представить любые доказательства, о которых они знали в течение десяти лет, то есть они могли легко включить в это ходатайство просьбу принять к рассмотрению описание Джордана и фотографии Майкла Джексона — конечно, если бы они действительно хотели представить эти доказательства и были готовы встретить оппозицию защиты после их раскрытия.

Если кто-то скажет вам, что обвинение не могло представить эти доказательства, потому что Джордан Чандлер не давал показаний, мы ответим, что этот фактор действовал на протяжении всего судебного процесса и не создавал никаких препятствий для обвинения, когда они наконец решили, что эти улики нужны им в самый последний момент.

Так что момент представления этих доказательств не имел абсолютно никакого значения. Будь то начало, середина или конец судебного разбирательства, обвинение могло в любой момент потребовать приобщения к делу этих доказательств.

Разница лишь в том, что на ранней стадии судебного процесса (например, в период с 10 декабря 2004 года по 28 марта 2005 года) у защиты было достаточно времени для анализа этих доказательств, но в конце судебного разбирательства, в течение единственного дня, который был у защиты, шансы проанализировать доказательства были нулевыми.

Мы можем только представить, что сказал бы Томас Мезеро, если бы у него была возможность увидеть эти описание и фотографии в свое время. В любом случае, при открытии этих улик на более ранней стадии судья все равно отклонил бы их (из-за права на конфронтацию), но большой скандал о мошенничестве обвинения был бы просто неизбежен.

Хотел ли Снеддон этого? Конечно нет. И поэтому он не упоминал эти описание/фотографии, пока суд почти не закончился.

Казалось бы, этот вопрос решен раз и навсегда, все предельно ясно, но именно в этот момент я нашла еще одно доказательство того, что Снеддон никогда не собирался использовать фотографии Майкла Джексона в суде.

ПРОВЕРКА ПОДЛИННОСТИ!

Правила доказывания делят все доказательства на четыре типа: реальные, наглядные, документальные и свидетельские. Например, описание является свидетельством, а рисунок и фотографии — реальными доказательствами (иногда их называют наглядными, или демонстративными).

Все типы доказательств должны быть «релевантными, существенными и компетентными» и их подлинность должна быть подтверждена.

Реальные доказательства также нуждаются в проверке подлинности, даже в большей степени, чем любые другие доказательства. Это гораздо серьезнее, чем, например, просто ответить на простой вопрос: «Вы знаете этого джентльмена в сером костюме, сидящего во втором ряду?» «Да, это доктор Мюррей».

Например, проверка подлинности фотографий должна производиться только теми экспертами, которые присутствовали во время фотосессии и могли доказать, что на фотографиях действительно были изображены интимные части MJ. В противном случае в суд могли быть представлены фотографии гениталий другого подходящего мужчины и заявлены как фотографии MJ.

Правовые источники утверждают, что существует три способа проверки подлинности реальных (или демонстративных) доказательств. Кусок длинный но прочтите его, оно того стоит:

РЕАЛЬНЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА.

Подлинность вещественных доказательств может быть подтверждена тремя способами — путем идентификации уникального объекта, путем идентификации объекта, который стал уникальным, и путем установления цепочки хранения. Самый простой и наименее хлопотный способ подтвердить подлинность реальных доказательств — это показания свидетеля, который может идентифицировать уникальный объект в суде.

Второй способ — идентификация в суде предмета, который был сделан уникальным [..] Если свидетель ставит на нем свою подпись, инициалы или другую отметку, которая позволит ему засвидетельствовать, что он может отличить объект от всех других подобного рода, этому свидетелю будет разрешено идентифицировать объект в суде и, таким образом, подтвердить его подлинность.

Третий и наименее желательный способ проверки подлинности реальных доказательств — это установление цепочки хранения. Установление цепочки хранения требует, чтобы местонахождение доказательств за все время, с тех пор как доказательства были вовлечены в рассматриваемые события, устанавливалось компетентными свидетельскими показаниями.

Сторонник доказательства должен также установить, что объект в соответствующих отношениях не изменился, или не был изменен в период между событиями и судебным разбирательством. Иногда это может быть сложной задачей и потребовать показаний нескольких свидетелей. Если от рассматриваемых событий до дня судебного разбирательства прошло какое-то время, в течение которого местонахождение предмета невозможно определить, цепочка разрывается. В этом случае доказательства будут исключены, если не будет использован другой метод проверки подлинности.

НАГЛЯДНЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА.

Наглядные доказательства — это именно то, что подразумевает название: они демонстрируют или иллюстрируют показания свидетеля.

Одно время в Калифорнии и некоторых других штатах велись споры о том, носят ли фотографии только наглядный характер или они имеют доказательную ценность независимо от показаний свидетеля, удостоверяющего их подлинность. Эта проблема была особенно актуальной при отсутствии свидетеля, который мог бы подтвердить то, что видела камера, например, когда важные опознавательные фотографии были сделаны автоматическими камерами.

К счастью, суды в Калифорнии и большинстве других штатов пришли к единственному разумному решению, которое заключается в том, что фотографии могут быть либо реальными, либо наглядными доказательствами в зависимости от того, как они удостоверяются. Когда фотография удостоверяется свидетелем, который своими глазами наблюдал то, что на ней изображено, и может засвидетельствовать, что фотография точно отражает то, что он видел, тогда фотография является наглядным доказательством. Когда подлинность удостоверяется техником или другим свидетелем, который дает показания о работе оборудования, используемого для его получения фотографий, это реальное доказательство и, на языке судов, «молчаливое свидетельство».

http://corporate.findlaw.com/litigation-disputes/summary-of-the-rules-of-evidence.html#sthash.9dKF1j8m.dpuf

Таким образом, необходимо было подтвердить подлинность этих фотографий, будь то реальные или наглядные доказательства. И самый простой способ подтвердить их подлинность — отправить фотографии тем, кто действительно присутствовал во время этого пресловутого обыска с раздеванием.

И тут мы вспоминаем книгу Дайан Даймонд, где она описала эту сцену и заявила, что единственными двумя людьми, представляющими правительство, были доктор Стрик и фотограф сержант Шпигель.

Согласно рассказу Даймонд, Майкл был настолько неуправляем и истеричен, что доктору Кляйну удалось заставить его раздеться только при одном условии — что количество присутствующих будет сокращено до абсолютного минимума, доктора и фотографа с каждой стороны. Правительственную сторону представляли доктор Стрик и сержант Шпигель, двумя людьми со стороны Майкла были его собственный фотограф и доктор Форкаст.

Вот несколько коротких выдержек из книги:

«Я не хочу, чтобы ты был здесь. Убирайся!» — крикнул Джексон детективу Бирчиму, указывая офицеру на дверь. Разъяренный Джексон повернулся к детективу Сикарду. «Он тоже будет здесь? Кто он такой?»

«Я детектив Сикард из полиции Лос-Анджелеса», — сказал Сикард.

«Уходи отсюда! Ты тоже убирайся отсюда», — прорычал Джексон. Звезда изо всех сил пытался подняться с дивана, пока доктор Форкаст пытался удержать его.

Сержант Шпигель [полицейский фотограф] продолжает:

«… Доктор Кляйн заявил, что все присутствующие в комнате должны отвернуться, чтобы не видеть половые органы Джексона. Мне это показалось странным, потому что в то время в комнате находились только мистер Джексон, два доктора, я и другой фотограф. Доктор Кляйн также заявил, что он тоже не собирается смотреть. Он сказал, что никогда не видел область гениталий мистера Джексона и не собирается в настоящее время. Спустив трусы, мистер Джексон сказал что-то вроде: «Я не знаю, почему они заставляют меня это делать» или «Почему они заставляют меня это делать?» Доктор Стрик попросил мистера Джексона поднять пенис. Мистер Джексон спросил, почему он должен был это сделать, но он выполнил просьбу…»

Так что иногда даже от Дайан Даймонд есть польза. Теперь мы знаем, что было только два эксперта, которые могли подтвердить подлинность фотографий со стороны обвинения, и этими экспертами были доктор Стрик и сержант Шпигель. Без их подтверждения подлинности, использование этих фотографий было бесполезным, поскольку представленные изображения могли принадлежать практически кому угодно .

И в этот момент до нас внезапно доходит, что Снеддон никогда не проявлял намерения подтвердить подлинность этих фотографий!

Обратите внимание, что Снеддон не мог подтвердить подлинность фотографий сам, поскольку он не присутствовал при их съемке, и доктор Стрик с сержантом Шпигелем были единственными людьми, принимавших участие в расследовании 1993 года и представлявшими правительство во время съемки.

Однако ни разу во время судебного разбирательства Снеддон не вызвал их в качестве свидетелей и даже не упомянул их имен – даже в своем ходатайстве о предполагаемом представлении этих доказательств суду.

Это ходатайство имело громкое название и рассказывало всю историю Снеддона в самом названии: «Ходатайство истца о принятии доказательств того, что Джордан Чандлер обладал знаниями и точно описал нижнюю часть туловища и пенис обвиняемого в 1994 году».

Однако, несмотря на громкое название, в самом ходатайстве отсутствовала самая существенная часть (что делало ходатайство фактически недействительным) – имена людей, которые могли подтвердить, что фотографии были реальными и идентичными тому, что они видели.

Теперь мы наконец можем видеть и понимать явный пробел в тексте этого ходатайства:

«… Как только дело будет рассмотрено, истец подаст в суд ходатайство о своем постановлении, позволяющем истцу представить присяжным в качестве опровержения доказательства: 1) показания детектива полиции Лос-Анджелеса Розибель Ферруфино или заместителя окружного прокурора Лос-Анджелеса Лорен Вайс о том, что 1 сентября 1993 года в офисе г-жи Вайс и по указанию детектива Ферруфино Джордан Чандлер описал изменение цвета и отметины на теле обвиняемого ниже его талии и выше колен, включая его пенис, и нарисовал изображение его эрегированного пениса, а также 2) этот рисунок и 3) фотографии тела подсудимого и его отметин на коже пениса, сделанные позднее.

Настоящее ходатайство сделано на том основании, что предлагаемые доказательства имеют отношение к опровержению доказательств, представленных обвиняемым, смысл которых заключается в том, что Майкл Джексон из-за своего «застенчивого» и «скромного» характера не мог появиться обнаженным перед молодыми мальчиками.

Ходатайство будет основано на настоящем уведомлении, прилагаемой Декларации Томаса У. Снеддона-младшего и прилагаемом Меморандуме о пунктах и полномочиях.

Дата: 25 мая 2005 года.

С уважением, Томас У. Снеддон младший, Окружной прокурор».

Действительно ли Снеддон хотел представить фотографии Майкла Джексона на суде 2005 года?, изображение №4

Хорошо, но где же пункт 4?

Его нет. Упоминается рисунок (2), фотографии тоже есть (3), но вместо пункта 4, который должен содержать имена экспертов для подтверждения подлинности фотографий, просто пустое место.

И пункт 4 здесь отсутствует не только потому, что Снеддон хотел скрыть имена своих экспертов и тот факт, что подлинность фотографий не была официально подтверждена. Он хотел скрыть тот факт, что проверка подлинности вообще требовалась, и до определенного момента он действительно достиг своей цели, поскольку многие из нас были полностью дезинформированы.

И это действительно последний штрих, закрывающий тему и отвечающий на все вопросы:

  • Описание и фотографии не совпадают.
  • Снеддон никогда не планировал приобщать эти фальшивые доказательства на суде 2005 года. Это был блеф.
  • Он также принял все меры предосторожности, чтобы это мошенничество никогда не было раскрыто.
  • Эксперты, которые могли бы подтвердить подлинность фотографий, так и не были вызваны в суд. О необходимости подтверждения подлинности никогда не сообщалось. В ходатайстве Снеддона вообще не говорилось, что подтверждение подлинности доказательств является одним из основных пунктов, необходимых для их представления. Тщательная формулировка заявления, сопровождавшего ходатайство, защищала Снеддона от возможного обвинения в лжесвидетельстве, поскольку он утверждал, что основывал свои заявления только на «информации и убеждениях».
  • Фальшивые доказательства тщательно скрывались, у защиты не было доступа к ним – обвинение не упоминало об этих доказательствах до самого последнего момента, когда уже не было физической возможности открыть их другой стороне.
  • Заявляя о намерении открыть свои фальшивые доказательства, Снеддон ничем не рисковал. Он знал, что их не смогут приобщить к делу, поскольку это было бы нарушением конституционных прав обвиняемого. А поскольку он знал, что его ходатайство ни к чему не приведет, единственной его целью могла быть только негативная огласка, порочащая имя Джексона.
  • Кроме того, ходатайство обеспечило Снеддону своего рода алиби: создавалось впечатление, что он никогда не лгал о «совпадении».
  • Итак, первые две цели заключались в том, чтобы использовать это ходатайство как гадкий рекламный ход, чтобы очернить Джексона и одновременно обелить Снеддона и освободить его от подозрений, что он всегда лгал о «совпадении»
  • И третьей важной целью Снеддона было нанести непоправимый вред Майклу Джексону, нанести ущерб присяжным посредством скандальных сообщений в СМИ и заставить их вынести вердикт в пользу обвинения.

И если вы все еще сомневаетесь в этих фотографиях, посмотрите, как легко увидеть ложь Снеддона.

Достаточно вспомнить, что все предполагаемые жертвы, за исключением Джейсона Франсиа, находились в равном положении, поскольку ни одна из них не была доступна для обвинения, и Джордан Чандлер здесь не был исключением. Однако его дело выглядело наиболее убедительным, так как у обвинения было его прямое заявление, у всех остальных не было — только некоторые претензии от спорных третьих лиц. И что сделал Снеддон? Вместо того, чтобы сосредоточиться на своем «самом сильном» свидетеле, он исключил его из списка и оставил доказательства при себе, решив представить в суд только третьесортные доказательства, чтобы поддержать их.

Спросите себя (и хейтеров Майкла) почему? — и вы получите ответ: Снеддону не чем было доказывать свою историю о Джордане, все это было просто блефом.

Словарь определяет блеф как обман, когда вы заставляете кого-то думать, что «вы собираетесь сделать что-то, хотя в действительности вы не собираетесь этого делать» , или что «у вас есть информация, которой у вас на самом деле нет» — и оба эти определения отлично подходят Снеддону.

Майкл был абсолютно прав: «Ложь — бежит спринт, а правда — марафон».

Источник.

Перевод Ивановой Олеси.

Действительно ли Снеддон хотел представить фотографии гениталий Майкла Джексона на суде 2005 года?: Один комментарий

Добавьте свой

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: