Судебные процессы по делу Уэйда Робсона: требование кредитора и гражданский иск.

Судебный Процесс, Часть 1: Суд по наследственному делу (требование кредитора)., изображение №1

Робсон подал два вида судебных исков против компаний Джексона. Требование кредитора против Эстейта Джексона в суд по делам о наследстве и иск против Джексона и двух его компаний, MJJ Productions и MJJ Ventures в гражданский суд. В обоих случаях он требовал деньги за якобы имевшее место в детстве сексуальное насилие.

В этой главе мы обсудим требование кредитора, а затем в следующей главе — гражданский иск.

По американскому законодательству, когда кто-то умирает, те у кого есть какие-либо претензии к умершему могут подать эти требования против имущества умершего человека — это называется требованием кредитора. Однако существуют определенные сроки давности для предъявления требований кредитора. Истец должен подать требование кредитора не позднее чем через 60 дней с момента, когда ему впервые стали известны факты, обоснованно свидетельствующие о существовании требования и управлении имущественной массой.

В нашем случае это означало, что Робсон должен был предъявить свое требование кредитора в течение 60 дней после того, как он узнал что:

  1. он якобы подвергся сексуальному насилию в детстве со стороны Майкла Джексона,

2. у Майкла Джексона есть Эстейт.

Робсон утверждал, что он не понимал, что был сексуально растлен Майклом Джексоном в детстве — до 8 мая 2012 года, когда он впервые раскрыл эти предполагаемые действия своему терапевту. До тех пор, утверждал Робсон, он думал, что эти предполагаемые действия были любящими и согласованными.

Даже если мы поверим Робсону на слово в этой истории, основываясь на первом требовании своевременных претензий, он должен был подать свое требование кредитора в течение 60 дней после того, как сказал своему терапевту, что он якобы был растлен, т. е. до 7 июля 2012 года.

Однако есть и второе требование — знание администрации Эстейта. В своей декларации и требовании кредитора Робсон утверждает, что до 4 марта 2013 года, когда он впервые встретился со своими адвокатами, Gradstein & Marzano, он не знал об управлении Эстейтом Майкла Джексона.

“До 4 марта я не понимал, я даже не знал, что существовал Эстейт который кем-то управлялся, или что я мог бы попытаться подать иск.» [декларация Уэйда Робсона от 30 апреля 2013 г.: https://themichaeljacksonallegationsblog.files.wordpress.com/2018/01/2013-04-30-robson-declaration.pdf, пункт 27]

Если бы это было правдой, то это позволило бы Уэйду уложиться в требование 60 дневного срока, поскольку он подал свое требование кредитора 1 мая 2013 года, т.е. в течение 60 дней с момента получения информации об управлении Эстейтом Джексона.

Однако это утверждение является ложью, как было показано в ходе судебного разбирательства по делу о наследстве. Как выяснилось в ходе рассмотрения дела, Уэйд был осведомлен об управлении Эстейтом Джексона за несколько лет до того, как он подал свое требование кредитора. Даже если в маловероятном случае Уэйд каким-то образом пропустил очень широко разрекламированные новости об управлении Эстейтом Джексона после его смерти, есть свидетельства того, что задолго до 4 марта 2013 года он был настолько осведомлен об Эстейте, что фактически вел переговоры с ними. В 2011 году Уэйд был готов работать над шоу Майкла Джексона Cirque du Soleil, которое было создано в сотрудничестве Cirque du Soleil и Эстейта Джексона. Чтобы обсудить свое участие в этом шоу, в начале 2011 года он посетил офис Джона Бранка, одного из управляющих Эстейта Майкла Джексона.

Также Уэйд сделал запись в книге под названием The Official Michael Jackson Opus, которая была одобрена Эстейтом Джексона в 2009 году.

Более того, как мы уже видели выше, в конце 2012 — начале 2013 года Уэйд пытался продать книгу о своих утверждениях, и эти переговоры сопровождались его давним адвокатом и другом семьи, Хелен Ю. Это важно для обсуждения того, знал ли Уэйд об Эстейте до 4 марта 2013 года, потому что 25 ноября 2009 года на сайте юридической фирмы Ю Yu Leseberg было опубликовано интервью с ней под заголовком «Музыкальные артисты: стоят мертвые больше, чем живые? Эстейты Майкла Джексона и Элвиса зарабатывают миллионы”, в которой она обсуждает состояние Джексона и его потенциальные доходы.В статье, помимо прочего, мы читаем:

“После смерти Майкла Джексона мир теперь может увидеть истинную ценность наследия Майкла. Посмертные почести были возданы Хелен Ю в лице протеже Майкла Джексона Уэйда Робсона и его друга Чарльза Клапоу.

[…]

— Я знаю Уэйда Робсона и Чарльза Клапоу с тех пор, как они оба были детьми. Они оба были учениками Майкла всю свою жизнь, и очень приятно видеть, что они почитают его таким образом.”

[…]

Ю отмечает беспрецедентную доходность ныне покойного Джексона. “Он, безусловно, был потрясающим композитором, исполнителем и танцором, но иногда он впускал в свою жизнь не тех людей. Теперь, когда советниками его Эстейта являются Джон Бранка и Джон Макклейн, ветераны музыкальной индустрии, которые знают, как монетизировать бизнес, он, скорее всего, заработает больше мертвым, чем живым.»

http://yuleseberg.com/news/2015/9/24/musical-artists-worth-more-dead-than-alive

Этот же адвокат затем помогала Уэйду продать его книгу об обвинениях в конце 2012 — начале 2013 года, так что очевидно, что она знала и об Эстейте Джексона в то время, как и об обвинениях Уэйда. Даже если предположить, что Уэйд действительно не знал об Эстейте (что не соответствует действительности, как показано выше), трудно поверить, что Ю не поделилась бы с Уэйдом информацией о том, что у Джексона был Эстейт, когда помогала ему.

Однако информация о попытках продажи Уэйдом книги и участии в этом Ю появилась только после закрытия дела о наследстве. Защита Джексона наткнулась на эту информацию только в 2016 году, когда делала открытие для гражданского иска. Во время судебного разбирательства по делу о наследстве Уэйд “забыл” поделиться этой информацией, поэтому она не учитывалась в решении суда по требованию кредитора. Но доказательств встреч Уэйда с Эстейтом в 2011 году было достаточно, чтобы доказать, что он лгал, когда утверждал что не знал об Эстейте до 4 марта 2013 года.

Пожалуйста, обратите внимание, что Уэйд сделал это заявление под страхом наказания за лжесвидетельство, а также — что Уэйд утверждает, что он подал эти иски не ради денег, а чтобы бороться за “правду”. Как можно бороться за мнимую «правду» с помощью лжи?

Уэйд также пытался исказить это требование, утверждая, что он вообще не знал об администрации Эстейта, он утверждал, что он не знал о том, что может подать иск. В своем решении по требованию кредитора суд указал, что требование заключалось в знании об управлении Эстейтом и незнании того, что у него есть основания для иска. Однако даже если бы Уэйд знал, что у него есть основания для иска, он все равно не смог бы одержать верх. Эстейтом было обнаружено, что 7 сентября 2012 года Уэйд отправлял электронное письмо, в котором он поделился своими утверждениями с более чем 30 людьми. В этом электронном письме он просит своих получателей соблюдать осторожность, ссылается на свои утверждения как на “чрезвычайно деликатный юридический вопрос”, — это показывает, что задолго до 4 марта 2013 года, по крайней мере до 7 сентября 2012 года, он знал, что у него есть основания для иска.

Чтобы обойти сроки давности, Уэйд также попытался использовать аргумент справедливого эстоппеля в поддержку своего требования кредитора. Справедливый эстоппель — это доктрина, которая препятствует тому, чтобы кто-то мог воспользоваться его неправомерными действиями в суде — например, введение в заблуждение, мошеннические действия и претензии. Например, в отношении сроков исковой давности, если истец не подал своевременный иск из-за того, что ответчик ввел его в заблуждение относительно его прав, или ответчик угрожал ему, то можно ссылаться на справедливый эстоппель, и в этом случае жалоба истца не будет отклонена, даже если срок исковой давности уже истек.

В данном случае Уэйд утверждал, что ему помешали подать иск до 1 мая 2013 года предполагаемые угрозы Майкла Джексона, а именно, что они оба отправятся в тюрьму и их карьера и жизнь будут закончены, если кто-нибудь узнает. Более того, он утверждал, что Джексон психологически воздействовал на него, якобы вводя его в заблуждение относительно того, что сексуальные отношения между ребенком и взрослым являются любовными и нормальными. Это помешало ему понять, что такие отношения являются сексуальным насилием, пока он не прошел терапию 8 мая 2012 года.

“Робсон не понимал, что его длительные отношения с Джексоном в детстве включали продолжающееся сексуальное насилие в течение семилетнего периода — т.е. те действия, которые привели к этому иску – до 8 мая 2012 года”, – говорится в судебном ходатайстве Уэйда.

Суд отклонил этот довод. Хоть мы и не видим многого из того, что происходило во время самого судебного процесса по наследственному делу (напр. показаний), в постановлении суда говорится, что по крайней мере к моменту смерти Джексона Робсон был хорошо осведомлен и о том, что сексуальные отношения между взрослым и несовершеннолетним являются преступлением, и о том, что жертва не попадает в тюрьму за такие предполагаемые действия.

«Робсон знал на момент смерти Джексона в июне 2009 г., что сексуальное поведение с несовершеннолетним для взрослого является преступлением».

и

«В июне 2009 года Робсон понял, что несовершеннолетние не подвергаются уголовному преследованию, когда взрослый занимается с ними сексуальным поведением.»

Это означает, что Уэйд не мог ссылаться на справедливый эстоппель, потому что 8 мая 2012 года он знал все предполагаемые факторы, дающие основание для его преиензий (что он якобы подвергался сексуальному насилию, что такие действия являются преступлением, и что он не будет осужден за них), и он был очень хорошо осведомлен об управлении Эстейтом Джексона задолго до 4 марта 2013 года – несмотря на то, что он утверждал обратное в своем иске под страхом наказания за лжесвидетельство. Суд также заявил, что любое предполагаемое запугивание со стороны Джексона, которое якобы имело место быть по утверждению Робсона, прекратилось в день смерти Джексона, 25 июня 2009 года.

Суд фактически указал, что в наследственном деле именно наследство является стороной разбирательства, а не покойный. Таким образом, подробно ссылаясь на прецедентное право, суд заявил:

“Поскольку Робсон объединяет представителей Эстейта и Джексона в своем аргументе об эстоппеле, именно представители Эстейта являются сторонами в этом разбирательстве по наследственному делу. Поскольку нет никаких доказательств того, что представители Эстейта сделали или сказали что-либо, что помешало Робсону подать иск, Робсон не может установить элементы справедливого эстоппеля против них.»

Несмотря на это, суд также рассмотрел вопрос о том, что, если Робсон был прав в своем аргументе о том, что именно предполагаемые действия покойного должны считаться этим справедливым аргументом эстоппеля в противовес действиям представителя Эстейта, но даже в этом случае Робсон не мог бы одержать верх, мы обсуждали это выше.

В постановлении судьи Митчелла Беклоффа суд отклонил требование кредитора Уэйда Робсона от 26 мая 2015 года. Сразу после вынесения вердикта адвокат Уэйда, Мэриэнн Марзано, поклялась подать апелляцию, но в конечном итоге они так и не сделали этого.

Судебный Процесс, Часть 1: Суд по наследственному делу (требование кредитора)., изображение №2

Продолжение на второй странице ▼

Страниц: 1 2

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: