Истории Робсона и Сейчфчака убедительны, потому что откровенны и подробны.

Часто упоминаемое объяснение того, почему фильм производит такое сильное впечатление, — это натуралистичные описания гипотетических сексуальных взаимодействий между мужчиной и детьми, без сомнения способные заставить зрителей испытывать отвращение и злость к Джексону и симпатию к обвинителям. Особенно провоцирующим это может быть для тех, кто в детстве пережил сексуальное насилие. Фильм во многом построен на этом психологическом эффекте. «Мы сошлись на том, что сексуальное насилие должно было быть описано в точности так, как оно происходило. Нам пришлось углубиться в живые детали, поскольку нет смысла снимать такой фильм и просто говорить: «А затем дверь спальни закрылась», и перепрыгивать вперёд», — поведал Дэн Рид LA Times.

Но давайте обратимся к критическому мышлению. Включение натуралистичных и откровенных описаний может быть психологически эффективным, но это не доказательство правдивости этих историй. Взрослые мужчины прекрасно способны их выдумать.

Более того, для тех, кто изучал дело Джексона на протяжении многих лет и даже десятилетий, рассказы Робсона и Сейфчака звучат пугающе знакомо. Они вторят изданной в 1996 году книге Виктора Гутьерреса «Майкл Джексон был моим любовником».

Гутьеррес утверждал, что книга была основана на тайном дневнике Джордана Чандлера, выдвинувшего обвинения против Джексона в 1993 году. Она включала в себя очень похожие, порой идентичные истории, только протагонистом был Джордан Чандлер.

Например, показания Сейфчака о просмотре детской порнографии тревожаще созвучны с вымыслом в книге Гутьерреса. Интересно, что в фильм это не вошло, но в иске Сейфчака указано, что Джексон якобы показывал ему «фильмы, в которых дети [занимались неподобающими вещами]» и «иностранные книги» порнографического содержания.

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №2

«…эти книги были «иностранными». Майкл Джексон также показал истцу фильмы, в которых дети [занимались неподобающими вещами], и сказал ему, что «это не была настоящая порнография». Фильмы, которые Майкл Джексон называл «порнографией», включали сексуальные взаимодействия взрослых людей, в то время как фильмы, в которых сексуальные действия совершались детьми, были «не порнографией».

Никакие фильмы такого рода, а также любая детская порнография никогда не были обнаружены во владении Джексона. Нет никаких доказательств в пользу того, что у Джексона когда-либо хранились подобные материалы. Никто больше не предъявлял ему обвинений в этом.

Упоминание порнографии с участием несовершеннолетних до этого встречается только раз: в книге Виктора Гутьерреса. В ней он писал, что Джексон смотрел фильмы, в которых дети «бегали обнажёнными и [занимались неподобающими вещами]». Гутьеррес также утверждал, что это были картины на иностранную тематику. В иске Сейфчак ссылается на «иностранные книги».

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №3

«…основанные на иностранных и исторических сюжетах о занимавшихся проституцией несовершеннолетних, некоторые из которых подвергались насилию и сбегали из дома в одном нижнем белье, а другие бегали обнажёнными и [занимались неподобающими вещами]».

В другом отрывке из иска Сейфчака речь о Джексоне, якобы [совершающем по отношению к нему определённое сексуальное действие]. По словам Сейфчака, он сказал Джексону прекратить, и тот послушался, но позже сделал это снова.

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №4

«…В другой раз Майкл Джексон [совершил по отношению к истцу определённое сексуальное действие]. Истец сказал Майклу Джексону не делать этого, и тот остановился, хотя Майкл Джексон снова сделал это позже».

Та же история с другим протагонистом может быть найдена в книге Виктора Гутьерреса.

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №5

«Майкл спросил меня, хотел ли я ощутить то же самое, и я ответил, что хотел. Я нанёс на себя вазелин, и когда я это сделал, Майкл попытался [совершить по отношению ко мне определённое сексуальное действие]. Мне было больно, и я попросил его не делать этого. Как всегда, Майкл уважал моё решение».

Прежде чем кто-либо начнёт кричать о паттерне насильника, давайте чётко обозначим одно: книга Гутьерреса — художественный вымысел. Эти истории были продуктом извращённой фантазии автора. Чандлеры отрицали, что у Джордана когда-либо был дневник, сам Джордан также дистанцировался от этой книги в сделанном в 1997 году заявлении, а натуралистичные порнографические описания, эхом отражённые в обвинениях Робсона и Сейфчака, были отдельно опровергнуты Джорданом Чандлером. Например, он отрицал [определённый сексуальный] контакт любого рода в своей беседе с психиатром, доктором Ричардом Гарднером, в октябре 1993 года.

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №6

«Случался ли когда-нибудь [определённый сексуальный] контакт любого рода? — Нет».

В книге Гутьерреса также есть ряд других тем, которым вторят Робсон и Сейфчак. К примеру, гипотетическое женоненавистничество Джексона, который, по словам Сейфчака, учил его презирать женщин, испытывал ревность, когда его влекло к женщинам, и отговаривал его от романтических отношений с ними. (Этот образ, как мы увидим позже, противоречит свидетельствам Брэнди Джексон.) Ещё одна параллель — то, что окружавшие Джексона мальчики якобы были его «любовниками», которые ревновали его друг к другу и ждали сексуального контакта с ним. (Гутьеррес пишет о том, что иногда Джордан инициировал сексуальный контакт с Джексоном, и заявляет, что «Джорди и другие дети на самом деле хотели этого».) Чтобы обойти срок давности, Робсон в письменных показаниях под присягой в 2015 году объясняет, что «с нетерпением ожидал сексуального контакта с Джексоном» и что связанный с этим стыд не давал ему выдвинуть свои обвинения раньше. Как мы увидим, в показаниях 2016 года Робсон будет противоречить стороне дела, касающейся «стыда». Сцена с выкручиванием сосков также повторяется (хотя Джордан описывал её в своих показаниях в 1993 году, так что теоретически это может быть объяснено паттерном насильника, либо тем, что Сейфчак позаимствовал это обвинение у Чандлера или прочитал об этом в книге Гутьерреса). И так далее, и тому подобное.

На деле самое тревожное сходство между мифологией Гутьерреса и обвинениями Робсона и Сейфчака в том, что гипотетическое сексуальное насилие над ребёнком описывается как своего рода романтические и эротические отношения, «история любви».

Дэн Рид в одном из интервью сказал: «У семилетнего Робсона были приносящие моральное удовлетворение сексуальные и эмоциональные отношения с мужчиной за тридцать, который также являлся поп-королём. И поскольку ему это нравилось, он любил Майкла, и их сексуальные контакты были приятными. Извините, но такова реальность».

Ещё одна цитата: «Главная вещь, которую вам необходимо понять: эти дети влюбились в Майкла Джексона. Джексон не был тем хрестоматийным педофилом, который хватает и лапает — он был романтичным педофилом, желающим отношений. Уэйд начал рассказывать мне, как влюбился в Джексона, как эта любовь длилась годами — десятилетиями — и как эта же любовь являлась движущей силой его преданности Джексону. И как эта преданность требовала от него лжи о том, что случилось».

Также: «Люди не осознают, что не всегда, но часто такие отношения зеркально отражают взрослые, в том смысле, что они основаны на любви. Ребёнок влюбляется в своего насильника. И они формируют очень близкую привязанность, в которой много подтекстов. Абьюзер и ментор, и фигура отца, как и было в случае Майкла; ослепляющая талантом суперзвезда, и именно ею и был Майкл; и также сексуальный партнёр. И ребёнок влюбляется во всё это. У Майкла было много хороших качеств». (Честно, сама всегда подтруниваю над «носителями шапочек из фольги», но после этих цитат внутренний голос орал: «Заказ лобби педофилов!!!»)

Рид заявлял, что и Робсон, и Сейфчак были влюблены в Майкла, и когда он узнал об этом, то действительно поверил в их истории.

Журналист: «Что меня действительно поразило, так это то, что Уэйд и Джеймс были вправду влюблены в Майкла».

Рид: «Да. Люди предполагают, что, как мы говорим в Соединённом Королевстве, педофил — это парень в грязном макинтоше, который приходит и предлагает сладости, а потом делает с тобой что-то отвратительное. Всё было не так. Это отношения, которые, будь они между взрослыми людьми на принципах консенсуального согласия, были бы полностью нормальны. Полные любви, окружающие заботой, наставнические. Часто случаются отношения между тем, кто немного старше, и тем, кто немного младше, и они абсолютно нормальные, законные и никак не связаны с насилием. А эти отношения происходили между взрослым и детьми семи и десяти лет. Но они были охарактеризованы всеми признаками любви. (Ор выше гор усиливается.) И вот тогда я действительно им поверил. Очевидно, что как журналист я приступил к интервью и отложил выводы до того, пока не услышал больше. Я искал убедительность и последовательность. Вещи, которые я мог бы идентифицировать как обычное человеческое поведение, с которым уже сталкивался на протяжении тридцати лет создания фильмов. И когда Уэйд и Джеймс оба сказали: «Я любил Майкла, а Майкл — меня, и мы должны были быть вместе вечно», это прозвучало так, как в случае любящего взрослого, рассказывающего о своём партнёре».

В этом же интервью Рид добавляет: «Майкл был любовником Уэйда и его близким другом, которому он был многим обязан как в карьере, так и в жизни».

Да, бывают случаи, когда подвергшийся насилию ребёнок чувствует смятение или даже любовь к насильнику — сексуальное насилие может быть эмоционально запутанным. Но утверждать, что мальчики семи и десяти лет, оба гетеросексуалы, были «влюблены» в мужчину за тридцать и состояли с ним в романтических, «приносящих эмоциональное и сексуальное удовлетворение» отношениях (и всё это вкупе с зачастую унизительными сексуальными действиями, описанными в фильме), значит открыть абсолютно отдельный ящик Пандоры, особенно учитывая «увлечения» Гутьерреса, использовавшего тот же нарратив в своей книге.

Гутьеррес описывает отношения между Джексоном и Джорданом Чандлером как романтические. Его выдуманный Джордан даже относится к их с Джексоном времяпрепровождению как к «медовому месяцу». (Не это ли послужило вдохновением для истории Сейфчака о «свадьбе» и его описания отношений с Джексоном в таком ключе, будто они состояли в своего рода «браке»?) На протяжении всей книги превалируют детали порнографического характера и «романтический» взгляд на описываемые отношения. В точности как в обвинениях Робсона и Сейфчака и в фильме Дэна Рида.

Невозможно подчеркнуть должное количество раз, что книга Гутьерреса — вымысел. Он всё это выдумал. Чандлер никогда не утверждал, что был «влюблён» в Джексона. Намерения автора ясны: нормализация и романтизация педофилии посредством порнографического романа, написанного Гутьерресом о Джексоне и Джордане Чандлере.

(Дальше фокус сместится на Гутьерреса, будь он неладен, но вы увидите, почему это важно. «Всё переплетено».)

Он описывает своё «произведение» так: «Окружающее педофилов клише о старых мужчинах, похищающих детей в мешках, так же ошибочно, как и миф о нападающих на пешеходов-мужчин гомосексуалах. Согласно психиатрам, есть педофилы-насильники и педофилы-убийцы, так же, как и гетеро- и гомосексуалы, совершающие подобные преступления. Те же эксперты отмечают, что сексуальные отношения между взрослыми и несовершеннолетними порой полны любви и не оказывают негативного воздействия на жизнь ребёнка. Кто может служить лучшим примером, чем Джорди? Он от юридических процедур, связанных с делом, пострадал более жестоко, чем от своих отношений с Джексоном».

Также: «Майкл Джексон — педофил, что в глазах общества делает его преступником. Но не в глазах юных спутников певца, для которых сексуальные контакты с Джексоном, по их собственным словам, были «здоровыми» и «нормальными». Из-за этого противоречия у полиции не было жертв, тем более уголовного дела. Меня сбивало с толку то, что я не знал, называть этих мальчиков жертвами или бывшими любовниками».

Он заканчивает книгу следующим абзацем: «Педофилы влюбляются, становятся одержимыми, испытывают желание так же, как гетеро- или гомосексуальные люди. В большинстве случаев отношения «пар» не длятся долго, поскольку когда ребёнок вырастает, педофил теряет интерес, по крайней мере, в сексуальном смысле. Теперь, когда мы лучше понимаем сексуальное влечение, которое некоторые взрослые испытывают к детям, мы способны постичь опыт Джорди и Джексона более полно, ведь они были парой, которая любила сильно и чувственно».

Прямо в книге есть подсказки о происхождении Гутьерреса. В конце в примечаниях автора он благодарит NAMBLA (так называемую «Североамериканскую ассоциацию любви мужчин и мальчиков»), печально известную организацию, отстаивающую интересы педофилов в Соединённых Штатах.

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №7

В книге также есть цитата из журнала организации: «NAMBLA рада тому, что тема педофилии привлекла так много внимания благодаря такой известной персоне, как Майкл Джексон».

(Дальше ещё немного мерзких измышлений Гутьерреса, которыми я не буду вас утомлять.)

Гутьеррес не только написал малоизвестную книгу о Джексоне. Он также был весьма активен за кулисами медиа на протяжении многих лет и подпитывал статьи, равно как и документальные фильмы с этим нарративом, посвящённые Джексону (включая, в числе прочих, и продемонстрированные на Channel 4 и NBC картины). (Любопытно, что ныне выступающий от лица «жертв» Channel 4 ранее прибегал к помощи апологета педофилии.) В 1998 году суд обязал его возместить Джексону 2,7 миллиона долларов морального ущерба за распространение порочащей клеветы.

Гутьеррес упомянут как «консультирующий продюсер» в титрах посвящённого Джексону эпизода передачи NBC под названием Dateline. (Фамилия написана с опечаткой, кстати.)

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №8

Также указан как «занимающийся расследованиями журналист» в клеветническом документальном фильме Michael Jackson: What Really Happened режиссёра Жака Перетти, показанного в 2007 году на Channel 4. Том самом Channel 4, который заказал производство Leaving Neverland совместно с HBO.

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №9

Гутьерреса также можно связать со всеми теми обозлёнными бывшими сотрудниками Джексона, которые обратились к таблоидам, чтобы продать выдумки о нём и детях. По словам журналиста Кена Уэллса, Гутьеррес однажды сказал ему, что у него много связей в таблоидном бизнесе, и «что он продал много историй, некоторые из которых были просто чушью собачьей и полностью выдуманы». Гутьеррес добавил, что «этот бизнес приносил лёгкие деньги, даже за враньё».

(Дальше будет много повторений слова «свидетель» и других, образованных от него, но без этого никуда, синонима нет, тавтология вынужденная.)

Многие из свидетелей обвинения на суде против Джексона в 2005 году, на чьих показаниях о «прежних плохих поступках» во многом было построено обвинение, были людьми, вступавшими в контакт с Виктором Гутьерресом перед продажей своих басен таблоидам за деньги. Бывший телохранитель Ральф Чейкон свидетельствовал, что он вместе с другими экс-сотрудниками Джексона (которых медиа окрестили «Нэверлэндской пятёркой») разговаривал с Гутьерресом перед продажей их истории журналу The Star. Ещё один бывший телохранитель Кассим Абдул заявил, что однажды встречался с Гутьерресом и имел с ним двухчасовую беседу. Бывшая горничная Эдриан МакМанус свидетельствовала, что Гутьеррес «намеревался помочь в подготовке иска». Ещё одна свидетельница обвинения, Бланка Франсия, также была связана с Гутьерресом. (О ней мы ещё расскажем позже.)

Виктор Гутьеррес и Бланка Франсия.
Виктор Гутьеррес и Бланка Франсия.

Другие люди, с которыми подружился Гутьеррес, например, Ориетта Мёрдок или горничная Чандлеров, Норма Салинас, также обошли медиа, чтобы продать свои скабрезные информационные вбросы таблоидам.

На удивление (а я вот ни фига не удивлена), мейнстримные средства массовой информации не казались обеспокоенными ни пропагандой NAMBLA в книге Гутьерреса, ни тем, что они продолжали называть «экспертом» по Джексону человека, которого обязали компенсировать ему враньё 2,7 миллионами долларов. Мы можем наблюдать его влияние во многих статьях и документальных фильмах. Многие слухи, окружающие расследования против Джексона, были порождены им. Его роль в формировании обвинений против Джексона и связанной с ними мифологии не может быть недооценена.

Временами Гутьеррес был откровенно очевиден в своих намерениях, но все остались к этому безразличны.

В апреле 2005 года, пока Джексон был под судом, Гутьеррес дал интервью немецкой газете Die Tageszeitung. Газете, которая, согласно публикации в 2010 году в уважаемом немецком журнале Der Spiegel (помню времена, когда он был уважаем), имела сомнительную историю обеления педофилии.

В том интервью под заголовком “Es war Liebe!”, то есть (вот сейчас попробуйте мысленно не пропеть это голосом Билана) «Это была любовь», журналист рассуждал о гипотетических «отношениях» между Майклом Джексоном и Джорданом Чандлером, предоставляя Гутьерресу платформу для озвучивания своего мнения о педофилии. (Дальше опять мерзости, которые переводить не считаю необходимым. Единственное: гадкая газетка очень верно называет Гутьерреса человеком, занимающимся «гламуризацией педофилов». Также в этой же статье наш «герой» утверждает, что в 1986 году участвовал в конференции NAMBLA, что возможно только при членстве в организации или при непосредственной близости к ней.)

В сентябрьском номере британского GQ за 2006 год можно наткнуться на статью о планах по экранизации книги Гутьерреса. Продюсерами стали бы Рэнди Барбато и Фентон Бэйли, основатели продакшн-компании World of Wonder. Основываясь на сказанном журналу обоими продюсерами, можно утверждать, что как и книга, фильм также служил бы цели представления гипотетического растления малолетнего как консенсуальных романтических отношений.

(Далее фрагмент скана журнала. Перевода не будет, потому что там вся та же пропаганда понятно чего, от которой меня уже воротит, и вас, думаю, тоже.)

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №11

Барбато также признаёт, что их фильм «выходит за рамки приемлемых норм».

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №12

«Однако продюсер остаётся обоснованно осторожным насчёт конечного успеха его предприятия. «Инди-фильмы в Штатах стали мейнстримом, — говорит Барбато. — Они стали отдельным жанром. Но этот проект независим в самом настоящем смысле этого слова. Он выходит за рамки любых принятых норм».

Имейте в виду, речь об уважаемых популярных медиапродюсерах, производивших контент для Channel 4, HBO и The Oprah Winfrey Network. (Привет тебе, Опра, не холодно ли тебе на вершине моральных устоев?) А эта статья была опубликована в уважаемом популярном журнале.

Хотя фильм Гутьерреса никогда не был претворён в жизнь, тем не менее, та мифология, которую создал этот апологет педофилии вокруг дел Джексона, до сих пор оказывает влияние на обвинения против него, как мы видим в Leaving Neverland.

Вне зависимости от того, читали Робсон и Сейфчак его книгу или нет, Гутьеррес заложил фундамент для определённых нарративов, касающихся Джексона и его отношений с детьми, более двадцати лет назад, и эти нарративы — благодаря обширным связям и деятельности Гутьерреса — проникли в коллективное сознание через таблоиды, документальные фильмы, различные сайты и блоги, где их часто представляли как реальные истории.

Цель Робсона и Сейфчака может отличаться от таковой Гутьерреса. Они не хотят пропагандировать педофилию, им просто нужно было объяснение того, почему они защищали Джексона все эти годы, и они нашли его во «влюблённости» в Джексона, предлагаемой Гутьерресом, а так же, по-видимому, своровали у него натуралистичные описания детской порнографии.

Мы должны отметить, что и Робсон, и Сейфчак гетеросексуальны. В действительности Робсон встречался с двумя племянницами Джексона (с одной из них, Брэнди Джексон, на протяжении семи лет), во время периода, когда он, как он теперь утверждает, был «влюблён» в Майкла Джексона, что создало бы очень странную динамику отношений. Далее твит Брэнди. (В её профиле есть ещё, кому интересно, плюс она дала интервью какому-то подкасту, не знаю, появился ли уже подстрочник.)

Критический анализ Leaving Neverland: части 1 и 2., изображение №13

«Время чая. Уэйд и я были вместе более семи лет, но держу пари, что это не отражено в его «документальном фильме», потому что это разрушило бы его хронологическую последовательность. И упоминала ли я, что тем, кто нас свёл, был мой дядя Майкл Джексон? Уэйд не жертва, Уэйд Робсон — лжец».

Это также противоречит тому, что Джексон якобы ненавидел женщин, научил этому Робсона и Сейфчака и имел возражения против того, чтобы у них были девушки.

Источник.

Источник перевода.

Комментарии запрещены.

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: