Томас Мезеро о Майкле Джексоне.

ГЕНИЙ, ЗАСТЫВШИЙ ВО ВРЕМЕНИ.

Том Мезеро и Майкл Джексон., изображение №1

Оглядываясь назад на дату, 25 июня 2009 года навсегда останется нестираемой главой в истории Лос-Анджелеса. Навеки застывший во времени момент — объявление о смерти Майкла Джексона. Момент, когда весь мир одновременно почувствовал утрату, столь внезапную и острую, как будто потерял родного человека.

В Лос-Анджелесе, где Майкл Джексон ушел из жизни, эмоциональный удар был особенно глубоким. Неверие сменилось печалью, когда люди осознали, что это правда. В этом городе, построенном на славе, Джексон создал наследие, вознесшее его не к простым звездам, но к богам. Сейчас, через два года после смерти, он как и прежде, многоликий. Для одних он Король Поп Музыки, великодушный меценат, икона и суперзвезда высочайшего калибра. Для других он — преступник и монстр.

Адвокат Томас Мезеро младший хорошо знал Джексона. Мезеро защищал Майкла в деле по растлению малолетних в 2005 году и тщательно ознакомлен с обвинениями, выдвинутыми против его бывшего клиента. Но он также провел много времени с Джексоном и узнал настоящего Человека в Зеркале.

LA Canvas взял интервью у Мезеро потому, что его послужной список в качестве адвоката в сочетании с репутацией человека безупречной честности не дают сомневаться в его словах.

Множество людей использовали освещение смерти Джексона, чтобы урвать себе как можно больше эфирного времени; Мезеро не был одним из них.

Майкл Джексон, которого он знал, был добрым и благородным человеком, попавшим в ловушку искаженного восприятия обществом
его затворнической личной жизни. Мезеро открыл перед нами воспоминания обстоятельств этого дела, знакомства с Джексоном и свои мысли о том, как СМИ манипулировали всем этим.

«Майкл был, наверное, самым милым клиентом, из всех, кого я когда-либо представлял», — решительно сказал Мезеро, а потом добавил: «Что меня больше всего удивило в Майкле, это способность спускаться с небес на землю, когда речь шла о делах».

Одновременно с тем, как росла его слава, росла и мишень на его спине. И с каждым новым предъявленным ему обвинением представители средств массовой информации методично в него целились. «Люди взяли то, что, как они думали, необычно в нем, преувеличили и придали криминальный оттенок», — отметил Мезеро.

«То, как истязали его люди, желавшие заработать на его эксцентричности — это величайшая трагедия нашего времени».

Если общественность считала, что СМИ превратили его жизнь в цирковое представление, то его смерть представляет собою еще более вопиющий пример того, какими эгоистичными и гнусными могут быть люди. Это было шоу, под названием «Кто-Самый-Шустрый», где особы, приближенные к Майклу Джексону, выставляли перевернутое изображение своих собственных необоснованных мыслей о причинах его смерти, представляя их как факт.

«Были люди, в том числе и среди юристов, которые говорили, что были близки к Майклу и его семье, и делали всевозможные заявления, которые не соответствуют действительности», — сказал Мезеро об освещении смерти Джексона. Он продолжил: «Это было абсолютно отвратительно. Я слышал, вокруг больницы ошивались люди, заявлявшие, что были близки к нему. Они бегали от одного журналиста к другому, пытаясь нажиться на его уходе».

Невозможно переоценить, что Майкл значил для мира. Эффект от его смерти, так же, как и от жизни, отменял расовую принадлежность, игнорировал социально-экономический статус и не требовал культурного перевода. От самого ужасного из преступников, до самого невинного из детей (многие из них еще не родились, когда он записал последний альбом) — влияние Джексона было и есть глобальным. И как артист, и как гуманист, Майкл Джексон скромно устанавливал мировые рекорды которые, вероятно, уже никто никогда не побьет.

Хотя против него были выдвинуты серьезные уголовные обвинения, часто упускается из виду, что его обвинители ВСЕГДА имели цель заработать на этих предполагаемых преступлениях, ни за одно из которых он никогда не был осужден.

«Самое наибольшее заблуждение в том, что люди считают его преступником и растлителем», — говорит Мезеро. «Ничто не может быть дальше от истины. И к несчастью, из-за того, что он был настолько знаменит, настолько эклектичен в своем творчестве и художественном гении, люди взяли то, что, как они думали, необычно в нем (читай, чего они не понимали — прим.пер.), преувеличили и придали криминальный оттенок.»

Мезеро добавил: «Он не был педофилом. Он не был преступником. Он не растлевал детей. И то, как истязали его люди, желавшие подвергнуть его сомнению и нажиться на его эксцентричности — это величайшая трагедия нашего времени».

Но что важнее всего, Майкл Джексон оставляет за собой сверхъестественную способность объединять людей посредством своей музыки. Как и Майкл Джексон-Человек, Майкл Джексон-Музыкант провозглашает мир, любовь и равенство. И хотя он больше не с нами, его музыка и постоянное воздействие на человечество будут навсегда застывшими во времени.

By Jacob Rohn.

[* Термин «эклектика» ввел Потамон из Александрии, назвавший свою школу эклектической. Под эклектикой понимается «соединение разнородных взглядов, идей, принципов или теорий». Дидро утверждал, что эклектик — это тот, намерение которого «быть не учителем рода человеческого, а его учеником, преобразовывать не других, а себя, не поучать истине, а познавать ее». — прим. пер. — По-моему, определение очень подходит Майклу.]

Том Мезеро и Майкл Джексон., изображение №2
Томас Мезеро

БОЖЕСТВЕННАЯ ОБЩНОСТЬ.

By Deborah L. Kunesh.

Чего действительно многие не понимают, так это того, что, в то время, как шел суд, адвокат Томас Мезеро также столкнулся с очень реальной и глубоко личной болью. Готовясь к суду он узнал, что у его сестры обнаружили последнюю стадию рака. После того, как ее выписали из больницы, она вернулась домой, где ее ждал букет цветов, больший чем ее входная дверь. К букету была приложена записка со стихами, написанная рукой Майкла Джексона. После смерти сестры Мезеро, несмотря на боль утраты, вышел перед судом, чтобы защитить невиновность Майкла.

Я хотела поделиться с вами этой историей, потому что она так много говорит об этих двух необычных людях, об их характерах. Том Мезеро, — всем сердцем веривший в невиновность Майкла, и не взирая на личную утрату, усердно работавший, чтобы оправдать того, кто, как он знал, был невиновен. И Майкл Джексон, — ложно обвиненный в отвратительных действиях; за свою заботу отплаченный темной сущностью человеческой, восставшей против него в лице семьи, которой он помог и которая сама признала, что любовь и забота Майкла помогла исцелить их сына от рака; — несмотря на боль, которую он испытывал, проходя через все это, оставался таким же добрым, заботливым, щедрым, милым человеком, каким он был всегда; — протягивал руку помощи другим, несмотря на собственную боль, через которую проходил.
Определенно, сам Бог свел этих двух выдающихся людей вместе.

Том Мезеро и Майкл Джексон., изображение №3

ИНТЕРВЬЮ С ТОМАСОМ МЕЗЕРО.

Адвокат Том Мезеро младший глубоко уважаем в своей сфере. Широко известный как один из лучших судебных юристов страны, г-н Мезеро был выбран своими коллегами «Лучшим Адвокатом Америки» и был заявлен в списке «Сто Самых Влиятельных Адвокатов Калифорнии» в Los Angeles Daily Journal. И это только некоторые из его наград.
Г-н Мезеро представлял Майкла Джексона в суде в деле о растлении малолетних в 2005 году (он сменил адвокатов Mark Geragos и Benjamin Brafman) и имеет очень острый взгляд на Майкла и на суд.

DK: Deborah Kunesh
TM: Tom Mesereau

DK: Каким клиентом был Майкл? Каково было с ним работать?

TM: С ним было восхитительно работать. Он был очень отзывчив, всегда прислушивался и очень уважительно относился ко мне, адвокату Сюзан Ю и всем нашим сотрудникам. Самое худшее, что я могу о нем сказать это то, что временами он был недоступен. Иногда его было трудно найти и я думаю, что причиной этому было то, что этот процесс ужасал и пугал его; в остальном же с ним было очень приятно работать.

DK: Должно быть, ужасно слышать людей, говорящих о тебе такие вещи! Как он справлялся с этим?

TM: Думаю, ему было очень трудно справляться! Знаете, мы с ним часто говорили, обычно рано утром, это из-за моего графика, потому что я должен был тогда ложиться спать в 7:30 или, самое позднее, в 8 часов вечера и в три часа утра я уже был на ногах, и так каждый день. Майкл тоже часто просыпался рано утром и гулял по Неверленду чтобы расслабиться, побыть наедине с природой, посмотреть на небо, на луну и звезды, так что часто он мне звонил в 3-4 часа утра. Его мучила тревога, по правде говоря, в то время он был очень угнетен и имел проблемы со сном. Но ведь это нормально для человека, который столкнулся с такими серьезными обвинениями, как он.

DK: Когда я брала интервью у Афродиты Джонс, она упомянула, что сторона обвинения вызывала свидетелей, друзей и людей, которые были близки к Майклу и ему было трудно слышать то, что некоторые из них говорили…

TM: Это был ужасный опыт! Было больно, это был кошмар, он не мог поверить, что слышит некоторые сказанные утверждения! Он не мог поверить, что кто-то может обвинить его в причинении вреда детям. Он не мог даже представить, что его обвинят в организации заговора с целью ложно засадить семью в тюрьму, в похищении детей и вымогательстве. Майкл не был способен сделать или даже подумать о таких вещах, поэтому то, что они устроили, с официальным обвинением, с вызовом свидетелей, которые откровенно врали, чтобы выстроить против него обвинение, это ужасно угнетало его.

DK: Суд длился 4 месяца?

TM: Почти пять. Он начался 31 января и закончился в середине июля.

DK: Как часто проходили заседания?

TM: 5 дней в неделю.

DK: Как Майкл реагировал, когда читали оправдательный приговор?

TM: В тот особый день он выглядел ужасно! Запавшие щеки, очень слабый, шел очень медленно. Он очень плохо выглядел! Он не сказал ни слова, пока последний раз не произнесли «невиновен». Всего «невиновен» было сказано 14 раз. 10 преступлений и 4 проступка меньшей важности. Потом мы обнялись и он сказал: «Спасибо!»

DK: Я слышала, что перед этим последним днем суда, когда был зачитан вердикт, вы чувствовали почти определенно, что его оправдают. Это было только ваше чувство?

TM: У меня было очень сильное чувство, что присяжные не собираются осудить его.

Прежде всего, вы должны понимать процессуальное право Калифорнии в отношении уголовных дел. В Калифорнии суд присяжных состоит из 12 человек. Закон требует единогласного вердикта присяжных, чтобы оправдать или осудить кого-либо в преступлении. Это значит, что все 12 присяжных должны сойтись во мнении, чтобы человека оправдали. Если присяжные не могут единогласно решить оправдать или осудить, они должны «подвесить» этот пункт приговора. Это значит, что прокуроры могут провести повторное слушание дела с совершенно другими присяжными.

Очевидно, что если присяжные осуждают ответчика по одному или более пунктам, это рассматривается как победа обвинения. Если присяжные оправдали по всем статьям, побеждает защита. Если суд присяжных осуждает по одним статьям и оправдывает по другим, считают, что победило обвинение. Если же присяжные по одним пунктам оправдывают, а другие «подвешивают», это рассматривается как победа защиты.

Майклу Джексону первоначально было предъявлено обвинение по 10 пунктам уголовного преступления (felony). К концу судебного разбирательства судья добавил 4 пункта обвинений в менее тяжких проступках (misdemeanor). По последним четырем пунктам у присяжных было два варианта: если они оправдают Майкла по любым четырем пунктам уголовного преступления (felony) , они имели возможность осудить его по проступку (misdemeanor). Иными словами, суду присяжных было предложено осудить, оправдать или не согласиться («подвесить») по 14 пунктам обвинения.

Я никогда не ожидал, что Майкла Джексона осудят по какому-либо пункту, уголовному преступлению или проступку. Я верил и до сих пор верю, что он был полностью невиновен в этих ложных обвинениях. Тем не менее, никто и никогда не знает, как поступит суд присяжных. Суд состоял из 12 присяжных и я их не знал. Так как суд длился 5 месяцев, у меня было время понаблюдать за их движениями, поведением и реакцией на свидетельские показания и доказательства. Я был твердо убежден, что обвинение не сможет заставить все 12 человек осудить Майкла.

Но я не знал, будут ли они единодушны в оправдании по каждой из 14 статей. Этого не мог знать никто. Однако, когда я услышал, что присяжные единодушно достигли согласия по всем 14 пунктам, я уже знал в глубине души, что они достигли согласия в ОПРАВДАНИИ. Это судебное преследование было пародией на правосудие и одним из самых подлых нападений на невинного человека в истории права.

DK: В чем разница между «оправдан» и «признан невиновным»?

TM: Нет никакой разницы между этими понятиями…

DK: Есть ли что-то особенное, чем бы вам хотелось поделиться о Майкле, о том, кем он был?

TM: Майкл был одним из самых хороших, добрых людей, которых я когда-либо встречал. Он очень хотел быть больше, чем просто музыкальным гением. Он хотел исцелить и изменить мир посредством любви, через искусство и музыку. И я верю, что мир сейчас лучше, потому что он был с нами.

Он был очень благородным, очень добрым. Я его описываю его в двух лицах: Майкл-Человек и Майкл-Планета (индивидуальный и универсальный). Майкл-Планета хотел изменить мир. Хотел видеть мир, сфокусированный на детях и чувствовал, что если бы дети получали должную любовь и заботу, этим можно было бы значительно уменьшить в мире жестокость, подлость, сократить масштабы бедности и всех наиболее важных мировых проблем. Он чувствовал, что для этого необходимо обратить внимание на детей мира. Вот такой он, Майкл планетарного масштаба, который верил, что может исцелить мир музыкой, любовью, человечностью. Он ведь и в Книгу Рекордов Гиннесса попал как величайший жертвователь на нужды детей, о чем СМИ не любят упоминать.

Есть также Майкл-Человек, с которым я имел дело, который был личностью и любил видеть детские улыбки. Он построил Неверленд, чтобы видеть счастливых детей. Он был одним из самых богатых людей в мире. Он мог бы потратит все свои деньги на себя. Но вместо этого купил зоопарк, парк развлечений, кинотеатр, статуи, изображающие детей всего мира. Если вы обратили внимание, все предметы искусства в его доме посвящены детям, изображая их счастливыми и уважаемыми за то, кто они есть… Их рассы, религии, части света, откуда они родом, традиции их народов… Он был тем, кто как человек, любил смотреть на смеющихся детей. Любил видеть как ребенок из маленького городка, выросший в бедности и жестокости приезжает в Неверленд и улыбается, видит жирафа и слона и улыбается . Получает бесплатное мороженое и улыбается. Это так много значило для Майкла, потому что он был очень хорошим человеком. Но, к несчастью, если ты так гениален и так богат, все эти акулы готовы бросится на тебя, особенно если в тебе есть определенная доля наивности. А Майкл просто не хотел погружаться во все эти денежные и юридические дела. Он хотел творить и заниматься благотворительностью. Это делает его еще большей мишенью для необоснованных исков и заявлений.

DK: То, что вы сказали — это здорово, мне правда хочется, чтобы через это люди увидели кем он действительно был и кого нам так не хватает.

TM: Конечно, СМИ хотят шокировать, хотят видеть человека, проходящего через огонь, и они отчаянно надеялись, что его осудят, ведь это означало бы для них, что годами можно рассказывать как он выглядит, что делает в тюрьме, как пытался покончить с собой. Поверьте мне, они истекали слюной над его осуждением, они пытались исказить все отчеты, надеясь повлиять на присяжных и заставить осудить его. В то время было много холостых выстрелов и в мою сторону.

DK: Что, правда?

TM: Да.

DK: Это так грустно, что мир такой злой, вы понимаете, о чем я говорю…

TM: Все надеялись получить прибыль от его падения. Это было ужасно. Но есть один из моментов моей жизни, когда я горжусь собой, — то, что мы добились его оправдания, подтвердили невиновность. Он прожил с того времени только четыре года, но по крайней мере, он был здесь, со своими детьми и был оправдан. Судебный процесс был несправедлив. Не хватало справедливости и доверия.

Я участвовал в похоронах, там был человек, чей случай был хорошо известен в южной Калифорнии в 80-е: отец облил своего сына бензином и поджег, он очень обгорел, особенно лицо (сейчас его зовут Dave Dave, бывшее имя David Rothenberg). Майкл заботился о нем. Так вот, он взял речь на похоронах Майкла и говорил о том, каким добрым, порядочным, щедрым и замечательным человеком он был. Я знаю, что такие дети были по всему миру, кому Майкл помог. Больные дети, инвалиды и калеки. Майкл выписывал им чеки и никто об этом даже не знал. Он это делал не для того, чтобы прославиться как благодетель, а потому, что так подсказывало сердце. Понимаете? И я думаю, что самая жестокая вещь, которая могла случится, это взять его любовь к детям, его желание им помочь и обратить это против него, назвав его монстром, как они сделали на том суде. Это был просто кошмар!

DK: Да, вы правы. Самое худшее, это взять у человека то, что ему дорого и повернуть против него.

TM: Мне было очень больно быть там, смотреть на него и видеть все; знаете, это разбило его сердце и я не знаю, оправился ли он от такого удара вообще.

DK: Мне кажется, такое очень трудно преодолеть. Спасибо за все, чем вы поделились с нами.

Источник.

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: