Знакомство с семьей Арвизо: как начались их отношения с Майклом Джексоном.

Фото: Стар и Гэвин Арвизо
Фото: Стар и Гэвин Арвизо

Майкл Джексон впервые встретился со своим обвинителем Гэвином Арвизо и его семьей летом 2000 года. В то время 10-летний Гэвин находился в больнице с редким типом рака, который поражал его почку и селезенку. Доктора удалили одну из его почек и его селезенку, начали химиотерапию.

Гэвин был большим поклонником комиков, и до своей болезни ходил на уроки Фабрики смеха, которая является голливудским клубом комедийных фильмов, и принадлежит комику Джейми Масаде. В клубе Гэвин и его семья подружились с несколькими комиками, такими как Масада, Джордж Лопес, Луиза Паланкер и Крис Такер. Когда Гэвин заболел, Масада несколько раз навещал его в больнице. Гэвин попросил его помочь ему встретиться с некоторыми знаменитостями, и однажды он попросил встретиться с Майклом Джексоном.

Масада свидетельствовал на суде над Джексоном, что он лично не знал Майкла Джексона, но ему каким-то образом удалось связаться со своими людьми и рассказать им о просьбе Гэвина. Джексон позвонил мальчику в больницу, и они говорили около пяти минут, согласно показаниям Гэвина в 2005 году. Во время беседы Джексон пригласил Гэвина и его семью на свое ранчо Неверленд. Согласно показаниям Гэвина в 2005 году, Джексон звонил ему около 20 раз во время болезни — иногда в больницу, иногда в дом его бабушки, где Гэвин жил в то время в стерильной комнате.

Семья Арвизо отправилась в Неверленд в августе 2000 года, после первого этапа химиотерапии Гэвина. Семья в то время состояла из Гэвина, его старшей сестры Давеллин, его младшего брата Стара, их матери Джанет Арвизо и их отца Дэвида Арвизо. Все они отправились в Неверлэнд.

Во время первого визита Гэвин и Стар спали в спальне Джексона. Эта ночь упоминается в фильме Мартина Башира «Жизнь с Майклом Джексоном» 2003 г., который вызвал большой общественный резонанс, хотя и Гэвин, и Джексон дали понять, что дети спали на кровати, а Джексон спал на полу:

Гевин: я спросил его, могу ли я остаться в его спальне. Он позволил мне остаться в спальне. И я такой: «Майкл, ты можешь спать на кровати», а он: «Нет, нет, ты спишь на кровати», а сказал: «Нет, нет, нет, ты спишь на кровати», и затем он сказал: «Послушай, если ты меня любишь, ты будешь спать в кровати». Я: «О, чувак?», Поэтому я спал на кровати. В ту ночь было весело!

Джексон: я спал на полу.

В фильме не упоминается тот факт, что не только Джексон не спал в одной постели с Гэвином и Старом. Майкл настоял на том, чтобы и его личный помощник Фрэнк Касио (также известный как Фрэнк Тайсон) тоже спал в комнате. Собственные дети Джексона, 3-летний Принс и 2-летняя Пэрис (его младший ребенок Бланкет еще не родился) также были там и спали на кровати с детьми Арвизо, в то время как двое взрослых мужчин, Джексон и Касио, спали на полу.

Касио вспоминал эту ситуацию в своей книге 2011 года «Мой друг Майкл»:

«Затем наступила ночь, когда Гэвин и его брат Стар умоляли Майкла разрешить им спать в его комнате. «Можем ли мы спать в твоей комнате сегодня? Можем ли мы спать сегодня вечером в твоей постели? Мама сказала, что можно, если ты не против». Майкл, которому всегда было трудно сказать «нет» детям, ответил: «Конечно, нет проблем». Но потом он пришел ко мне. «Она навязывает своих детей мне», — сказал он, явно обеспокоенный. Ему было неудобно из-за этого. «Фрэнк, они не могут там остаться».

Я пошел к детям и сказал: «Майкл должен спать. Извините, вы не можете оставаться в его комнате». Гэвин и Стар продолжали просить, я продолжал говорить «нет», а потом Джанет [Арвизо — мать] сказала Майклу: «Они действительно хотят остаться с тобой. Я не возражаю». Майкл смягчился, он не хотел отказывать детям, его сердце не могло позволить этого. Но он был полностью осведомлен о риске. Он сказал мне: «Фрэнк, если они останутся в моей комнате, ты останешься со мной. Я не доверяю их матери. Она странная». Я сказал: «Хорошо». Мы так и поступили. Присутствие меня в качестве свидетеля защитило бы Майкла от любых сомнительных мыслей, которые, возможно, скрывали Арвизо — мы оба были достаточно наивны, чтобы так думать».

Тот факт, что Касио и дети Джексона также находились в комнате, не оспаривался Арвизо в Суде в 2005 году, и они не утверждали, что попытка домогательства произошла именно той ночью. Они утверждали, что акты растления произошли почти три года спустя, в феврале-марте 2003 года, ПОСЛЕ того как фильм Башира вышел в эфир.

Тем не менее, один элемент той ночи является спорным. В суде 2005 г. Арвизо обвинил Джексона и Касио в том, что они показывали им взрослую гетеросексуальную порнографию на портативном компьютере. И Джексон, и Касио отрицали, что показывали такие материалы детям.

Согласно собственному свидетельству Гэвина, после этого случая в Неверленде семья Арвизо редко контактировала с Джексоном — до осени 2002 года, когда их пригласили для участия в фильме Башира. Им разрешили приехать в Неверленд, и они приезжали раз 7-10 за этот период, но большую часть времени Джексон отсутствовал, а когда он был дома — он активно избегал Арвизо. Из свидетельства Гевина на суде над Джексоном в 2005 году:

В тех случаях, когда мистер Джексон был на ранчо, ты имел с ним связь?

Два раза, да. Я имею ввиду, иногда он говорил, что его там нет, а на самом деле он был там.

Что ты имеешь в виду?

У меня рак. Я не знаю что случилось, но Майкл как бы перестал со мной общаться и все такое, прямо в середине течения моей болезни. Я поднимался туда и видел, как там играют Принс и Пэрис, и думал что Майкл был там, но они говорили мне, что Майкла там нет. А потом я его где-нибудь видел, и — я не знаю…

Были ли случаи, когда ты случайно столкнулся с ним?

Да.

Расскажи присяжным об этом.

Ну, я играл с Принцем и Пэрис снаружи, за домом, рядом с аркадой. А потом мы пошли в … в главный дом. Я знал код, потому что они давали мне коды. А потом я вошел в дверь с Принсем и Пэрис, мы держались за руки, мы вошли в дом, и там я увидел Майкла, идущего к нам. Но я думаю, он не сразу увидел, как я повернул за угол. А потом он повел себя так: «О, дерьмо», вы понимаете, о чем я? Потом — он понял, что просто проиграл и повел себя как: «О, привет, голова Ду-Ду».

Ты случайно столкнулся с ним?

Да.

Как долго вы общались, когда столкнулись с ним? Сколько времени длился контакт?

Я действительно не видел его часто.

То есть, ты утверждаешь, что был случай, когда вы были в Неверленде и случайно наткнулись на него?

Да.

Как долго длился разговор между вами?

Может быть, пять минут. Когда мы столкнулись друг с другом, мы просто поговорили, и он сказал, что ему нужно куда-то идти.

На перекрестном допросе Гэвин снова пожаловался на то, что Джексон избегал его, и сказал, что никакая другая знаменитость, с которой он подружился, никогда не поступала так с ним.

Можешь ли ты взглянуть присяжным в глаза и сказать, что Майкл Джексон ничего не сделал для вас, когда у тебя был рак?

Я никогда не говорил, что Майкл ничего не сделал для меня.

Но ты сказал, что он сделал очень мало?

Да. Он сделал не так много, как по-моему ему следовало.

Но он и не должен был — он не обязан был что-либо делать. А ты говоришь присяжным, что заслужил от Майкла Джексона гораздо больше, чем ты и твоя семья получили?

Нет. Я просто говорю… Видите ли, когда у меня есть друг Майкл, и все эти вещи, которые он сделал… но, вы знаете, когда я вижу что этот друг говорит, что его нет, он не на ранчо Неверленд, а я вижу, что он там, вижу его машину, на которой он приезжает в Неверленд… вы знаете, мне казалось, что мое сердце после этого тут же разбилось. Я не помню, чтобы Джордж Лопес или Джейми Масада или Луиза Паланкер когда-либо поступали так со мной.

Гэвин также жаловался, что Джексон изменил свои номера телефонов и стал для них недоступным.

И в какой-то момент ты пожаловался шерифам, что мистер Джексон изменил свои номера телефонов после того, как вы посетили Хилтон, верно?

Ну, были номера телефона, которые вроде он оставил, но я не уверен. Единственным номером телефона, который никогда не менялся, был номер телефона Эвви [Эвви Тавачи — секретарь Джексона в то время]. Я ей звонил иногда и спрашивал, где Майкл. А потом — у меня был номер телефона в его отеле, поэтому я позвонил ему в его отель и спросил, могу ли я прийти навестить его. Я не уверен, когда именно это было.

Когда ты впервые расстроился из-за того, что номера телефонов Майкла Джексона не работают?

Примерно в третьем или четвертом курсе химиотерапии я позвонил по его номерам, и эти номера больше не обслуживались. Иногда он просто звонил и когда я перезванивал — никто никогда не брал трубку или что-то вроде того.

Ты указал, что былрасстроен тем, что телефонные номера мистера Джексона, которые у тебя были, не работали, верно?

Да.

И телефонные номера мистера Джексона, которые у вас были, стали не доступны после того, как выяснилось что у вас рак в стадии ремиссии, верно?

Нет, я сказал, что они перестали работать после третьего или четвертого курса химиотерапии.

Хорошо. До этого ты мог бы легко дозвониться до него?

Да.

А до этого ты часто звонил ему?

Да. И он тоже звонил мне.

Именно ты позвонил ему в Universal — Hilton Universal в день своего посещения, верно?

Я не слишком уверен, как это произошло.

Хорошо. Также ты пожаловался шерифам Санта-Барбары, что «После того, как я вылечился от рака», ты больше никогда не видел Майкла, верно?

Нет, до Мартина Башира.

Хорошо. И ты хотел увидеть его после ремиссии, верно?

Да.

Ты хотел посетить Неверленд после того, как у тебя наступила ремиссия, верно?

Да.

И ты каким-то образом почувствовал, что Майкл прервал вашу дружбу, верно?

Да.

Ты чувствовал, что он бросил тебя, верно?

Да.

И ты чувствовал, что он бросил твою семью, верно?

Да.

Чтобы не потерять связь с Джексоном, семья Арвизо стала бомбардировать его красивыми посланиями и открытками.

С какого времени примерно он больше не разговаривал с тобой?

Два месяца во время моей химиотерапии.

Примерно когда это?

Август или сентябрь 2000 года.

Хорошо. Итак, в августе или сентябре 2000 года ты и твоя семья начали отправлять письма и открытки Майклу Джексону, верно?

Да.

Именно те письма и открытки, которые я показал тебе недавно, верно?

Да.

И твоя мать тоже посылала ему открытки и письма, верно?

Я так думаю.

И она называла его «папочка», не так ли?

Я не думаю, что она назвала его «папочка».

Ты никогда не слышал, чтобы она говорила это?

Ну, я это говорил. Потому что мой отец ушел. И я начал называть его «папа» после того, как мой отец ушел, потому что у меня не было отца.

И твоя мама одобрила это, правильно?

Да.

Таким образом, во время посещения семьей Арвизо Неверленда в августе 2000 года, когда Гэвин и Стар захотели спать в его спальне, Джексон держался на расстоянии от семьи, но все же помогал им. В октябре 2000 года Джексон подарил семье белый фургон. Он также позволил Арвизо использовать Неверленд для переливания крови для Гэвина — все его сотрудники сдали кровь.

В мае 2001 года отец и мать Гэвина Дэвид и Джанет Арвизо расстались — согласно показаниям Джанет Арвизо, ее муж физически издевался над ней и детьми.

Летом 2001 года Арвизо вернули Джексону полученные в предыдущем году ноутбук и фургон чтобы отремонтировать их. Арвизо утверждают, что они так и не получили ни одного из этих предметов снова.

24 сентября 2001 года семья Арвизо достигла внесудебного урегулирования с универмагом JC Penney. Они утверждали, что в 1998 году охранники JC Penney избили Джанет, Дэвида, Гэвина и Стара Арвизо на стоянке, и подвергли Джанет Арвизо сексуальному домогательству. Это произошло после того, как Гэвин был пойман на краже двух школьных форм, охранники следовали за семьей до стоянки, где якобы все и произошло. На суде 2005 года против Джексона иск против JC Penney наглядно показал, что семья раньше лгала под присягой при даче показаний.

Весной 2002 года Арвизо провел несколько дней в Неверленде с актером Крисом Такером, чтобы отпраздновать день рождения его маленького сына. Джексона дома не было.

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: