Джуди Бризи, горничная в Неверле

Джуди Бризи (Judy Brisse) работала в Неверленде с января 1993 г по 1996 год. Ее можно увидеть в известном видео «с Матушкой Гусыней» — там она периодически появляется на заднем плане. Когда вышел фильм «Покидая Неверленд», Джуди Бризи вышла в Твиттер и стала защищать Майкла.

Две девушки, Стефи и Тамми, организовали в ФБ «Книжный клуб Майкла Джексона». Они проводят беседы в прямом эфире с авторами книг о Майкле Джексоне.

23 мая 2020 Стефи и Тамми беседовали с Джуди Бризи и ее дочерью Лизой (видео).

Лиза и Джуди Бризи.
Лиза и Джуди Бризи.

В этом посте — перевод этой беседы. Перевод я немного «причесала», потому что Лиза и Джуди — дамы эмоциональные, и часть истории рассказывают без слов: эмоциями, выражениями лиц, жестами. В переводе я дополняю это своими словами. Часто в рассказах сначала конец истории, потом начало — я меняю местами куски, чтобы при чтении было понятно. (В скобках — мои примечания).

Лиза, большая поклонница Майкла Джексона, написала книгу «Майкл Джексон: человек в нашем зеркале» (на Амазоне). 

На обложке книги — картина Дэвида Нордала, которая висела в Неверленде. Джуди написала художнику и-мейл, и, не особо надеясь на успех, спросила, может ли она использовать картину для обложки. Нордал ответил: «Да без проблем», и написал к ее книге предисловие. «Удивительно открытый и дружелюбный человек», — говорит о нем Лиза.

Еще до того, как Джуди начала работать в Неверленде, и еще до того, как мать и дочь Бризи переехали в Калифорнию, на занятия по фитнесу к Джуди пришел художник Бретт Ливингстон-Стоун. Они познакомились, и Бретт стал показывать ей свои картины. На одной из картин она увидела Майкла Джексона и спросила, почему он решил его нарисовать, и что вдохновило его нарисовать Майкла именно в стиле Ренессанс.

«Он мой друг, — ответил Бретт Ливингстон-Стоун. — Я мыслю образами, и я всегда представлял его живущим в то время». «Ваши картины напоминают мне работы Микеланджело», — сказала Лиза. Он удивился и сказал: «Единственный, кто кроме вас мне это говорил, это сам Майкл».

В начале 90-х Джуди и Лиза переехали в Калифорнию. Джуди работала в магазине продуктов для здоровья в городке Солвенг, неподалеку от Неверленда. В этом магазине бывали Гейл, старшая горничная ранчо, и бывали Бакки и Мэгги — повара Неверленда. Они познакомились с Джуди, и спросили ее: «Хочешь работать в Неверленде? Если будет вакансия, мы сообщим». Через пару месяцев после этого пришла Гейл и сказала, есть вакансия горничной. Джуди сказала: «Я никогда этого не делала». Гейл ответила: «Мы тебя научим».

35: 24 — «Семейный день».

Джуди Бризи начала работать на ранчо Неверленд в январе 1993 года. Вскоре после того, как начала там работать, в Неверленде устраивали очередной «Семейный день» — ежегодный праздник, когда на ранчо приглашались все работники ранчо и офиса Майкла, со своими родными и друзьям. Рассказывает Лиза:

Никогда не забуду, как мама позвонила мне и сказала, что у них Семейный день, когда они приглашают своих работников с их родными и друзьями приехать и провести день в Неверленде.

«Я так понимаю, ты не откажешься?» — сказала мама.

«Ну конечно!».

«Можно взять друзей».

«Сколько?»

«Не ограничено».

«Ты шутишь?! Не ограничено?!»

Я пригласила всех своих друзей, и все, конечно, согласились. Не все из них были фанами Майкла Джексона — но кто ж от такого откажется? Со мной поехали восемь моих друзей, все нам было около 20 лет. И мы поехали караваном в несколько машин.

Я заранее спросила: «Во сколько можно приехать? Мы не приедем позже ни на секунду!». В 10 утра. «А как долго можно там оставаться? Мы не уедем оттуда ни секундой раньше!». До 10 вечера. 

Много машин ехали по той же дороге, ехали семьи из Лос-Анджелеса… Для всех это было большое дело. Даже въехать в эти ворота было большим делом. Все мы видим эти ворота, проезжаем мимо, и думаем, видя холмы и горы: «Как это там, где-то вдали, может быть это магическое место, о котором все говорят?..»

Когда мы въехали на ранчо, там всюду зелень, цветы, деревья, фонтаны… и я как маленький ребенок: «Скорее, скорее паркуемся!», и пулей выскочила из машины.

Целый день мы как десятилетки носились по всему Неверленду. Катались на поезде, сидели в вигвамах, играли в водяной бой в водном форте, в баскетбол на баскетбольной площадке, и «Пошли, посмотрим животных!». А потом — играть видеоигры в Аркаду… Там музыкальный автомат… звуковая система невероятная! Спасибо Брэду Сандбергу, и музыка по всему Неверленду, потом кинотеатр… и конечно, аттракционы — Биг Ал, спасибо тебе!

Все это было просто потрясающе!

Там динамики повсюду, в деревьях, в траве… и всегда играет музыка, мелодии из фильмов и диснеевских мультиков. Мы словно были в своем личном Диснейленде, только людей поменьше.

Мы сидели в лодке «Викинг» — аттракцион, который раскачивается… и эта невероятная музыкальная система… зазвучала песня «Ремембер де тайм», и хотя это была не самая любимая моя песня, мы все стали громко подпевать и пританцовывать. С тех пор, как только я слышу эту песню, я снова в этой лодке, и мне снова 20 лет…

На ланч устроили барбекю. Все расселись на зеленой траве, и все гости там собрались, и все-все улыбались. Все понимали, как это особенно, и какой это щедрый подарок.

Единственной темной тучкой в этом всем было то, что там не было Майкла, потому что он уехал в тур. А мы все так хотели бы его поблагодарить. Какой щедрый жест — ведь он не обязан был этого делать. Но он делал это каждый год. Для сотни людей, кто работал на него.

И это показывало его доброту и щедрость… и, опять же, он хотел, чтобы каждый мог снова почувствовать себя ребенком, он как бы хотел распространить это чувство на всех этих людей, которых он даже не знал. Через это ты ощущал его любовь к людям.

57:28 — Первое впечатление о Майкле. Рассказывает Джуди:

Значит, работаю я в Неверленде две недели, но Майкла пока еще там не было. Как я встречусь с этим человеком?

И однажды я была в постирочной комнате… Там есть западное окно и северное окно. Складываю полотенца, и вдруг вижу в окно черную шляпу и длинные локоны… И думаю: «Не может быть! Я одна в доме, и не знаю, как с ним говорить…». Он мелькнул в западном окне, потом в северном. Я подумала: «Боже мой, сейчас он уже будет в холле!.. Мне нужно будет выйти и заговорить с ним!». Не так я представляла себе первую встречу с Майклом Джексоном, я думала меня сначала формально представят. И я сказала себе: «Только не смей сказать ничего кроме того, что необходимо». Потому что я себя знаю, я становлюсь болтливой, когда нервничаю, а тут я нервничала, как никогда в жизни. И я просто сказала себе: «Говори минимум».

Он уже был в холле и на полпути к кухне, и он позвал: «Гейл, Гейл!». Я вышла в коридор и сказала: «Мистер Джексон, Гейл уехала в город, она скоро вернется домой».  Он посмотрел на меня с любопытством, и таким внимательным взглядом… Мне понравилось, как он посмотрел. Он приятно улыбнулся и сказал: «Хорошо, спасибо».

Я вернулась в постирочную, и я так гордилась собой!.. И подумала тогда: «Он такой же застенчивый, как и я», и я была так благодарна за это. Не могло быть более хорошей первой встречи, потому что мы оба были очень застенчивы.

Десять лет спустя я вспоминала этот момент, и подумала: «А ведь я была совершенным незнакомцем в его доме. И ему приходилось просто доверять тем, кто там находится».

Кстати, я тогда заметила белые пятна на его руках. До этого я работала в магазине витаминов, и туда приходили многие с такими же пятнами (витилиго), я просто заметила это, для меня это не было чем-то особенным, потому что я работала в магазине продуктов для здоровья.

1:01:22 — Вопрос: «Как там работалось, какая там атмосфера?»

Отвечает Джуди: Нас было пять горничных — шесть вместе с Адриан (Макманус), его личной горничной.

Нас заранее инструктировали: «Не разговаривайте с ним». Я и подумала: «Мы же работаем в доме, и всегда возникают ситуации, когда приходится заговорить». Но я держала дистанцию. Ты должен только отвечать, ты делаешь свою работу, делаешь то, что тебя просят, и не больше, не меньше. И ты не спрашиваешь: «Почему то, и почему это». Все запросы от него шли через Гейл, главную экономку. Я была вполне довольна положением вещей, моей работой на ранчо.

И Майкла часто там не было. Он мог пробыть дома пару месяцев, а, может, даже и двух месяцев подряд там не проводил. Он мог уехать на три-четыре месяца подряд, в турне.

Это было сказочно. Сказочная работа.

Мы были не только горничными. Например, мы проводили по ранчо экскурсии для знаменитостей. Помню, приезжал маленький Брайтон Макклур, он был очень веселый парнишка, и его родители просто чудесные люди. Мы делали много работы по приему гостей (хостес), я сказала себе: «Ты и горничная, и хостес». Ничего нет плохого в том, чтобы быть просто горничной, мне нравилась эта работа, просто мы делали намного больше, чем это.

То есть, нам приходилось встречать и приветствовать королевскую семью из Африки! Или, прихожу я утром на работу, и Баки на кухне говорит мне: «Джуди, можешь пойти подавать еду мистеру Коперфильду?». Я, конечно, это сделаю, поскольку это часть моей работы, но может кто-нибудь хотя бы предупредить меня о том, с кем я буду иметь дело? Я иду туда и вижу не кого-нибудь, а Дэвида Коперфильда! А я в своем наряде горничной. Мы приносили туда свою одежду на случай, если нужно будет занимать гостей.

В Неверленде постоянно кто-то приезжал, кто-то уезжал. Ты идешь и накрываешь стол, и даже не знаешь, кто войдет — а это почти всегда какая-нибудь знаменитость.

(Кстати, о Брайтоне Макклуре (он же Брайтон Джеймс), которого Джуди упомянула.

В детстве Брайтон снимался в популярном сериале «Семейные дела» (Family matters), который выходил в 1989-1997 годах. В начале 90-х, на церемонии вручения наград, отец Брайтона познакомился с Майклом, и Майкл пригласил всю их семью в Неверленд.

Брайтон рассказывает в 2015 году: «С тех пор он всегда поддерживал с нами общение. Он тоже, как я, работал с детства, и он всегда заботился о том, чтобы у меня была нормальная жизнь, чтобы я имел время повеселиться, не пропустил радость детства. Он был отличным другом, отличным учителем»). 

1:05:04 — Вопрос: «Вы же были там и в 1993-1994 годах? Довольно напряженный период его жизни». Джуди:

Да, сама не могу поверить. Я была там, когда появился Джорди, и его семья… очаровательная была семья, все что могу о них сказать.

Не помню, чтобы я видела там Джимми (Сейфчака), но это не значит, что его не было. Стефани (Сейфчак) я помню, она бывала на ранчо, бывала в доме. И Джой Робсон тоже…

Помню, как в прошлом году я услышала слова Стефани: «Я была так рада что он умер, я танцевала»… Ее не волновало, как ранят ее слова несколько миллиардов человек в мире. Ее не волновало. Это было так подло… Она провела на ранчо столько времени. И сказать что-то в таком роде? Я должна была сказать ей правду.

(Джуди здесь имеет в виду какой-то Твит, который она написала в адрес Стефани).

Джой Робсон в прежних показаниях говорит, что была в Неверленде 4 раза за 14 лет — на это я могу сказать, что только за первый год, что я там работала, она была там не меньше четырех раз. Майкл тоже иногда был там, когда приезжали Робсоны. Но это ничего не значит, на ранчо всегда было множество других детей.

Мне нравился маленький Уэйд, он был милым ребенком. Один из охранников сказал, что он был хулиганистым, и попадал в неприятности — я об этом не знала… Я очень разочарована в нем после этого фильма.

Мое первое впечатление о Джой — очень амбициозная, довольно холодная, и я слышала истории о том, как она покинула Австралию…

(Тут Джуди смущенно умолкает, ей явно неудобно в принципе говорить о ком-то что-либо негативное. За ее словами «истории о том, как Джой покинула Австралию» явно стояло что-то интересное про Джой. Но Джуди неловко сплетничать. Более прямолинейная Лиза напоминает матери: «Как ты мне сказала, она оппортунистка». Джуди кивает: «Угу».)

1:10:00 — Полицейский обыск 1993 года, судебный иск группы «Неверленд-5»

Я открыла дверь полиции, когда они приехали с обыском. Это было нечто.

Нас было только трое горничных на ранчо в тот день. У меня был перерыв, я сидела отдыхала, когда увидела в окно, как они рысью бегут к дому, и вторая горничная сказала: «Кто это? Что происходит? Где охрана?». Мэгги сказала мне: «Джуди, сходи, открой дверь».

Я пошла и открыла, еще не представляя, в чем вообще дело. Но мне пришлось их впустить. Часом позже позвонили Адриан, чтобы она приехала на ранчо и впустила их в комнату Майкла. А нас всех отправили домой.

Не помню, когда Адриан перестала там работать… вроде, примерно через два месяца после этого? Потом я услышала, что она и Сэнди, которая из административного здания, и Кассим, один из охранников… помню, эти трое были частью иска… и кажется Мелани, глава охраны… я не уверена, кто принимал участие в иске.

(Весной 1994 года Адриан Макманус, Сэнди Домз, Кассим Абдул, Ральф Чакон и Мелани Бэгнелл перестали работать на ранчо, чтобы позже подать судебный иск против Майкла, требуя 16 миллионов долларов за «незаконное увольнение». Эта группа стала известна как «Неверлендская пятерка». Судебные разбирательства длились до 1997 года, иск был признан безосновательным.)

Но я работала с ними всеми! Все казались замечательными людьми… Мне очень печально знать, что Адриан так поступила, не знаю, что ее заставило.

Мы с ней часто смеялись. Она вообще была говорливая, смешливая, мы привыкли видеть ее такой. Я помню, однажды, когда она принесла в стирку белье из спальни Майкла, я спросила: «Ты меняешь белье и убираешься в его комнате каждый день?». И она так серьезно ответила — пожалуй, самое глубокомысленное, из всего что, она говорила — она сказала: «Джуди, человек, который так много создал в своей жизни, так много сделал, заслуживает этот каждый день». 

Я была потрясена. Ведь это очень много работы. И она любила эту работу. Что произошло, что она так изменилась? Мне просто грустно.

Мне пришлось выступать в суде по их делу. Я была одним из последних свидетелей, в суде Санта-Марии. Это был 1997 или 1998 год. Помню, их адвокат задал мне какой-то вопрос, и я просто ответила. Просто сказала то, что я знала — что было правдой. К тому времени, как я закончила отвечать, судья ушел и дело было закрыто.

Я не знаю, повлияло ли то, что я сказала. Или, может, судья просто решил, что мой ответ не имеет значения для дела. Но десять минут спустя, в коридоре, их адвокат подошел к мне и сказал: «Почему вы так ответили?». Я удивилась и говорю: «Потому, что это правда. Я не часть вашей группы. Я ни на чьей стороне. Я здесь, чтобы рассказать правду о том, что я чувствовала или видела». Он скорчил рожу и просто ушел.

Знаете, что? Этот адвокат сделал для них плохую работу. Он почему-то ожидал, что я буду на их стороне, хотя он даже не общался со мной ни разу. Это было глупо.

1:15:28 — Общение Джуди со СМИ

Сначала, когда повара продали передаче «Хард Копи» свою грязную историю, и потом, вслед за ними, другие (1993-1994 гг)… моя подруга Эшли, которая работала в «Хард Копи», сказала мне: «Джуди, ты тоже могла бы сделать большие деньги». Она не предлагала мне это, она просто это сказала — потому что моя подруга знает, что я на такое не пойду.

Я не понимаю, как можно продать человека, который не сделал тебе ничего, кроме того, что дал тебе чудесную работу — а это единственное, что я там видела.

Но потом, на той неделе, когда Майкл умер, мы давали интервью BBC… это было для меня тяжело, но со мной говорил такой очаровательный джентльмен, очень добрый, просто задавал мне вопросы. И в какой-то момент он сказал, словно повторяя мои слова, что-то вроде: «да-да, и его неподобающее поведение».

Я сказала ему: «Я ничего подобного не говорила!». Он бросил на меня быстрый взгляд и немедленно продолжил (задавать другие вопросы). Он моментально понял. Они, конечно, удивительно хитрые, эти журналисты… они так ловко вворачивают такие слова. Я была не очень внимательна, была опечалена, потому что Майкл только что умер, но я поймала его на этих словах. И он прекратил сразу же. Просто продолжил интервью.

А через два дня мне снова позвонили из ВВС, и он сказал: «О, вы так хорошо говорили. Вы видели свое интервью?», я говорю: «Нет, я хотела бы увидеть». Он говорит: «Мы хотели бы взять у вас еще одно интервью, про то, что вы сказали о неподобающем поведении Майкла». Я сказала: «Я никогда ничего подобного не говорила». Больше они мне не звонили.

1:18:00 — Про фонд «Загадай желание» и про сладости.

О, те дни, когда приезжали дети от фонда «Загадай желание» — это было столько радости на ранчо! Мы готовили пакеты с подарками для детишек. Мы вручали им пакеты, когда они уезжали, на прощание. Там были канцелярские товары с символикой Неверленда: блокноты, карандаши, по-моему, еще бейсболки, футболки, сладости, орешки в упаковках «Неверленда». Я собирала все эти пакеты для сотен детей.

Они бегали по ранчо, шли в кинотеатр посмотреть фильмы… там они могли брать любые сладости, какие захотят…

Кстати, мне пришлось поговорить о сладостях с Майклом. В третий год моей работы там. Его маленькие племянники гостили у него, младшему было всего два года, другой было пять — это Симона, которую вы можете видеть в видео с «Матушкой Гусыней», она говорит там: «Джуди, Джуди…», а младшего, Рихо, я там держу на руках.

Я сказала Майклу: «Вашим маленьким племянникам вредно есть столько сахара». Потом я сказала: «Мистер Джексон, это слишком долго для маленького Рихо — пробыть здесь четыре дня и ночи». Потому что мне постоянно приходилось следить за его диетой, у Рихо были пищевые аллергии. Но Майкл, он играл с братьями Кассио в тот момент, обернулся и сказал: «Нет, я хотел бы, чтобы он остался».

Я говорю: «Ладно», и ушла. Но как только я дошла до кухни, в кухне зазвонил телефон, и кто-то взял трубку и сказал мне: «Джуди, это тебя». Я взяла трубку и снова услышала мягкий голос Майкла: «Джуди, а сахар правда вреден для детей?». Я просто обалдела: я проработала в отрасли здоровья десять лет и для меня это был очевидный факт — а Майкл этого совершенно не знает?

И опять же один из тех моментов… Знаете, нас инструктировали: «Держи свои мысли при себе, не заговаривай с ним». Но когда я заботилась о детях из его семьи, это уже было мое дело. И единственное, о чем я жалею, это что я мало с ним общалась, потому что он действительно этого хотел — хотел общаться с нами всеми.

(Кстати, я уже слышала о подобном от кого-то другого. Администрация ранчо нанимала людей, и запрещала им общаться с Майклом. Вообще, это разумно, ведь неизвестно, что за люди эти работники, вдруг они все станут досаждать хозяину. На ранчо работало одновременно не менее 70 человек, представьте, если все бегали бы к нему, чтобы с ним поболтать.

Но Майкл однажды удивленно спросил кого-то из его работниц: «Почему со мной никто не разговаривает?». Видимо, он даже не знал о распоряжениях своего администратора.)

1:22:12 Лиза напоминает матери: «Расскажи, как ты вместе с ним застилала кровать».

А! Майкл был просто нечто! Это случилось, когда там была Лиза-Мари.

Она была просто прелесть. Она очень тихая, очень застенчивая. Поэтому мы легко с ней ладили. Не то чтобы я с ней много общалась, но просто даже с помощью взглядов… Я всегда знала, что можно не ходить вокруг нее на цыпочках, она очень простая.

Однажды, в субботу вечером, когда она была там со своими двумя детьми, одному было четыре, другому полтора, что-то в этом роде… Мне сказали, чтобы я отнесла постельное белье в кукольную комнату, и застелила кроватку для одного из детей. 

Я пришла туда и слышу, что они все четверо там. И думаю: «О, боже… я не хочу заходить, они там все вместе, это личное…». Понимаете, всегда нужно помнить, что находишься в чужом доме. Но знаменитости привыкли, что вокруг полно чужих людей. Думаю, это мне было неловко, что я вторгаюсь к ним, но не им из-за того, что я пришла.

Майкл и Лиза, они были очень легкие в общении, они были как два ребенка вместе. Просто веселые, легкие. И я слышу, как они там смеются и болтают с детьми.

Я тихо вошла, подошла к кроватке и начала застилать. И вдруг вижу перед собой эту ярко-желтую рубаху, в которой он был, черные волосы и улыбку, ослепительную до невозможности — он ухватил другой край простыни и стал заправлять постель вместе со мной. И я подумала: «Я люблю тебя, Майкл! За то, что ты такой земной, просто захотел мне помочь.»

Лиза и Майкл тогда еще не были еще женаты, они только встречались.

Потом я часто думала, каково это для Лизы, быть замужем за Майклом, такая сложная ситуация. Ведь она легенда сама по себе, из-за ее семьи. И слить воедино эти два мира… И у Майкла такая жизнь, он то здесь, то его нет, уезжает на три месяца. Как сложно иметь такие отношения.

1:26:00 Любил ли Майкл туры.

Я была в гостевом доме, убиралась… До этого Майкл долго отсутствовал. Нам никогда не сообщали о том, что он возвращается — не знаю почему, просто так уж было. И опять, совершенно неожиданно, я увидела в окно эту черную шляпу, рубашку, на этот раз белую, лоферы и белые носки. Я увидела, что он бежит к гостевому дому. Я удивилась, зачем.

Он, конечно, как и я, понимал, что мы не виделись очень долго. И я, сама даже не знаю почему, спросила: «Неужели вам нравится такая жизнь?». Я даже не сказала, что имею в виду эти его долгие поездки по всему миру, но он сразу понял. И сказал: «Это все, что я знаю. Я люблю это». Постоял немножко и убежал.

Он такой был необычный. Я была замужем за художником, и понимаю эту артистическую натуру. И Майкл был на световые годы впереди всех нас.

1:29:06 — Как Майкл завязывал бантики.

Я собиралась уехать во время Рождества на неделю. Однажды, за неделю до этого, он пришел в комнату отдыха и позвал меня: «Не могли бы вы пойти со мной?». Я никогда не была в его комнатах, это была территория Адриан. Он привел меня туда, и там были подарки — игрушки, игрушки, игрушки, сотни их. И он сказал: «Не могли бы вы завернуть все эти подарки в оберточную бумагу?». Я не знала тогда, что это было его первое Рождество, которое устраивала Элизабет Тейлор…

Кто-то потом перенес все подарки в комнату отдыха, и за неделю мы их все завернули в оберточную бумагу. Он пришел туда со своими племянниками, такой застенчивый… Ему было 35 лет, мне было 43, когда я начала работать в Неверленде… Я думала: «Майкл, я же видела тебя в туре Бэд, как ты можешь быть таким скромным в жизни и таким грандиозным на сцене?..»

И он застенчиво спросил: «Вы уже завернули все подарки?». Я ответила: «Да, но у нас пока нет лент, чтобы обвязать их и завязать банты». И тут мне пришла в голову идея… Я подумала, что ему, наверное, ни разу не приходилось завязывать ленты на подарках. Потому что все всё за него делают, и я захотела дать ему почувствовать момент реальной жизни. Я спросила: «Может быть, вы сами хотите сами завязать банты на подарках?». Его это просто ошеломило. Он замахал руками и такой: «Нет! Я этого не умею!» и умчался.

На следующий день я уехала в Миннесоту.

Но когда я вернулась, Кики, моя подруга, сказала мне: «Бриззи, ты можешь поверить, что босс… она всегда называла его «босс», Кики была веселая… ты можешь поверить, что босс пришел в комнату, и завязал все банты на подарках?». Я говорю: «Да ты что! Правда?». Она говорит: «Да, а что?». «Ну я просто упомянула об этом за день до того, как уехала, просто поддразнила его, не хочет ли он этим заняться?». Кики говорит: «Да, пришел и завязывал банты один за другим».

Вы представляете, что это сделало с моим сердцем? Может, он подумал: «Кто-то доверяет мне, что я это смогу…». Я думаю, я относилась к нему немножко по-матерински…

Я хотела бы, чтобы люди знали, что он был совершенно нормальным человеком, при всем том, каким великолепным он был.

1:34:08 История про паука

В 1988 мы были на концерте Майкла в Миннесоте. Этот концерт!.. Свет исходил от сцены — мегаватты света!..

И вот, прошло пять лет, и я работаю в Неверленде. Однажды на кухне Майкл говорит мне: «Вы не могли бы вынести этого паука на улицу?». Я сначала говорю: «Да, конечно». Потом смотрю, куда он показывает… и не вижу никакого паука. И говорю: «Где?».

Он показывает — а там самый малюсенький паучок, какой только бывает. Я думаю: «У тебя есть мощь управлять всеми этими мегаваттами, и ты просишь меня позаботиться об этом крохотном паучке?».

Он говорит: «Только постарайтесь его не убить, ладно?».

Я думаю: «О, боже!..»

Конечно, я вынесла паучка, и старалась быть очень осторожной. Это было важно для него.

1:39:16 — Дебби Роу

Она была такая… интересная. Въезжала в Неверленд на мотоцикле…

Конечно, я не познакомилась с ней близко. Но рядом с ней тоже было легко находиться.

Помню, я вошла в столовую, и они там стояли вместе, просто стояли… они что-то попросили меня принести им. И не помню почему, и не знаю, что меня заставило, но я что-то пошутила по поводу их отношений, что-то слегка романтическое… И Майкл так смутился…

А год спустя, уже после того, как я ушла, я узнала, что они ждут ребенка, и он женился на ней! Она была так не похожа на других людей, которые его окружали — знаменитости в основном. Но ей весь этот блеск был безразличен, наверное, это в ней ему и нравилось.

1:41:44 — История о том, как Джуди уволили.

Я не уверена точно, что именно это было причиной… И меня раньше никогда в жизни не увольняли с работы. Но уволили меня именно после этой истории.

В последнюю неделю, перед тем, как меня уволили, меня попросили побыть няней для его племянников Симоны и Рихо.

Тогда гостили братья Кассио, и, кажется сестра тоже, но в тот раз Майкл с мальчишками Кассио бегали по Неверленду, а я с пятилетней Симоной и двухлетним Рихо, ездила за ними по всему ранчо на гольф-каре, в зоопарк и так далее.

Когда ты в такой близости от них, ты становишься как бы частью семьи. Мне было неудобно в этой ситуации — это выглядело, как будто меня выделили, как будто я на каком-то особом положении. Но кому я скажу: «Мне неудобно»? Я же не могла просто отказаться.

Один из моих лучших друзей, из охраны ранчо, сказал мне: «Джуди, меня это обеспокоило. Чем ближе человек становится к этой семье, тем скорее его увольняют».

Мне эта ситуация была и так неудобна, просто потому, что остальные мои коллеги видели, как Майкл обращается ко мне с такими просьбами. Ревность, зависть… там всего этого было много.

Даже повар, которая в то время работала… Поскольку я присматривала за Симоной и Рихо, я впервые стала ночевать на ранчо, жила там четыре полных дня. Я не назову имени повара… но она не подавала мне еду. А мне же нужно было поесть. И даже Симоне и Рихо — она обслуживала нас в самую последнюю очередь. Больше всего такого отношения я почувствовала именно от нее. Там много было подобной ревности. При всей радости, которой было наполнено это место, приходилось очень следить за тем, чтобы не сказать лишнего, не сделать лишнего шага.

Лиза: «Вокруг человека такого масштаба всегда много самых разных противоборствующих энергий. И Майкл, конечно, не знал обо всем, что там происходит. Он доверял своим людям, что они будут управлять делами для него. Но в работу вмешивался человеческий фактор».

Эта ситуация никак не отражает самого Майкла. Это не его рук дело. И, конечно, это не про садовников или других людей на ранчо, которые любили свою работу у Майкла.

Это люди, которые управляли… я даже не знаю, от кого конкретно это исходило… Возможно, администрация… возможно, это «MJJ Production» (офис в Лос-Анджелесе) — никогда не чувствовала оттуда положительной энергии…

В общем, я провела четыре дня на ранчо, заботясь о племянниках Майкла. Дети уехали, был вечер пятницы, и мне сказали: «Езжай домой, тебе нужно отдохнуть, возвращайся в понедельник». Я была рада возможности отдохнуть… Но в тот момент, когда я стала собираться домой, я вдруг ощутила какое-то тяжелое чувство, и я позвонила Кики и говорю: «Кики, у меня какое-то странное чувство…». Она говорит: «Езжай домой, отдохни, ты просто устала».

В понедельник утром, как обычно, я приезжаю на работу. И меня вызвали в офис. Там были Джимми и Никки. Джимми — из охранной фирмы Office of Special Services (OSS), которую наняли после дела Чандлеров. Охранники из OSS всегда находились на ранчо, помимо нашей собственной охраны. Я прекрасно ладила с Джимми, мы с ним столько раз шутили вместе и смеялись. И Никки тоже всегда ко мне хорошо относился (относилась?).

И они сказали мне: «Ты уволена».

Я говорю: «Вы что, шутите?». Я работала добросовестно, часто задерживалась до часу ночи. Я просто поверить не могла, что они это говорят. 

А Джимми стоит, сложив руки на груди. И они повторяют: «Ты уволена».

Я спрашиваю: «Почему?». Они даже не отвечают мне. И говорят: «Мы попросим охрану, чтобы вас проводили до ворот». Я говорю: «Вы не посмеете так меня выпроваживать».

Они любили так поступать. И, конечно, это делал не Майкл Джексон. Нет. Тот, кто за этим стоял — они любили унижать людей. Они могли бы сказать мне об увольнении в пятницу вечером, когда я уходила. Но нет! Обязательно нужно унизить.

Была радостная сторона в Неверленде, и была там вот эта теневая сторона, и она пугала.

Лиза: «В общем, когда работаешь на человека большого масштаба, всегда есть какая-то закулисная борьба разных людей с разными мотивами».

Например, однажды приехала Элизабет Тейлор. Она с мужем стояла на кухне, когда я проходила мимо них. Элизабет подошла ко мне и сказала: «Не могли бы вы дать мне миску с водой для моей собаки?». Я говорю: «Да, конечно», пошла и взяла миску, налила воды… И вдруг кое-кто говорит мне на ухо: «У тебя что, нет своей работы?», и забирает миску. У меня полно своей работы! Я просто проходила мимо, и просто она попросила меня налить воды.

На следующий день меня просили отвезти Элизабет в гольф-каре в кинотеатр. Мы ехали в гольф-каре с ней вдвоем, и Элизабет со мной не разговаривала, чувствовалось напряжение. И я не могла сама заговорить и объяснить ей, что произошло.

1:56:36 – Джуди перечисляет свои обязанности на ранчо,

2:00:40 – вопрос от Роба Свенсона: «Кто отвечал за черные шляпы Майкла, которые большой стопкой хранились у задней двери?» Джуди: «Я точно не знаю, возможно, Адриан».

2:03:10 — любимым местом в Неверленде был у Джуди кинотеатр. Она сама музыкант, и могла по достоинству оценить звуковую систему там. «Я никогда и нигде ничего подобного не слышала. Таких динамиков, как у Майкла, не было, наверное, больше ни у кого. Бред Сандберг, который устанавливал там всю музыкальную систему, просто гений».

2:05:23 – Джуди уверяет, что в Аркаде водятся привидения. «Я слышала, как Кики говорила об этом, и Адриан говорила об этом. И всегда побаивалась туда ходить. Однажды я там убиралась, присела в кресло отдохнуть, и словно холодная рука потрогала меня по лицу».

(Зная любовь Майкла к розыгрышам и страшилкам, не удивлюсь, если он установил там какой-нибудь ветродуйчик, чтобы пугать народ)

2:10:45 — о животных в зоопарке

2:18:21 — Люди, которые живут неподалеку, многие из них работали в Неверленде или встречались с Майклом. Лиза: «Пару лет назад у меня была идея найти людей, которые работали там или встречались с ним. В этой долине много историй, как люди просто занимались своими делами и случайно встретились с Майклом. 

Я говорила с женщиной, которая, когда была маленькой девочкой, продавала возле своего дома домашний лимонад у дороги. Майкл ехал в машине, остановился, вышел… Она тогда не знала, кто он такой. Майкл пошел в дом и спросил ее мать: «Можно, я дам ей 100 долларов за лимонад? Она такая славная».

Другая история. Девушка каталась за городом на велосипеде, и у велосипеда лопнула шина. Майкл увидел (видимо, увидел, что она идет пешком и просто везет свой велик), вышел из машины и спросил, может ли он ей помочь. Он отвез ее в город, свозил на починку шин.

2:25:21 — снова про животных, на этот раз про слонов. Джуди нравилась их кожа на ощупь, и она как-то раз стала мять кожу одного слона — что-то вроде массажа 🙂 — слон лег на землю. Пришел работник зоопарка и он был потрясен, потому что слоны редко ложатся.

Лиза шутит: «Слон просил массаж всего тела!».

2:27:30 — история про крысенка Мёрфи.

Лиза: «Мама была в зоопарке, там, где удавы. И там были крысята. Мама взяла в руки одного, он был такой симпатичный, белый, с серой мордочкой. Мама держала его и гладила, а Марк, работник зоопарка, подошел и сказал: «Ну, что. Время обеда». Мама не поняла. Марк говорит: «А что, по-твоему, эти крысы тут делают?». Тут маму осенило, что ими кормят удавов, и пришла в ужас. В результате она забрала крысенка домой, и он прожил у нас потом два года».

2:30:45 — Лиза: «Мама начала работать за неделю до интервью Опры».

Дальше о всяком-разном, по мелочам.

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: