Проект «М» для Майкла Джексона.

Проект «М» для Майкла Джексона. Начало.

Вы никогда заранее не знаете, что сможет дать вам необходимую подсказку, которая поможет разгадать грязную игру вокруг Майкла Джексона. В моем случае путеводный свет исходил от ненавистников Майкла, которые предложили мне книгу Дарлин Кравиотто «Руководство по Агорафобии в Голливуде: как Майкл Джексон вывел меня из дома». Они рекомендовали её как «приятный сюрприз» для людей своего рода и как «шок» – очевидно, для сторонников Майкла.

.

Дарлин Кравиотто-бывшая актриса, ставшая сценаристом, у которой в 1990 году был подписан контракт с Disney для написания сценария фильма Стивена Спилберга «Питер Пэн» с Майклом Джексоном в главной роли. План назывался «Проект М» и по какой-то причине был окутан  тайной.  Новость об этом появилась совсем недавно, в книге Кравиотто, опубликованной в ноябре 2011 года.

Автор была нанята для написания сценария тогдашним Топ-менеджером Disney Джеффри Катценбергом, который покинул Disney четыре года спустя, чтобы основать студию Dreamworks вместе со Стивеном Спилбергом и Дэвидом Геффеном. Концепция музыкального фильма «Питер Пэн» должна была быть разработана совместно с Майклом Джексоном.

У Дарлин Кравиотто было несколько встреч с Майклом, на которых он поделился своими идеями о фильме. Встречи были записаны по предложению Майкла и должны были стать основой для сценария, по крайней мере, той ее части, которая имеет отношение к Джексону.

И действительно, когда вы читаете рассказ Кравиотто о ее разговорах с Майклом, вы можете распознать идеи, которые он также выразил в своих песнях. Например, то, как они обсуждали «Неверленд» Питера Пэна, явно напоминает нам о его песне « Earth Song» :



«Когда они впервые попадают в Неверленд, это должно быть самое красивое, волшебное, великолепное место, которое они когда-либо видели … Рай! Но есть другая сторона, которую мы покажем, которая находится под угрозой: земля меняется; это просто ужасно.» ..Неверленд разрушается», — говорит он.

«. .будет еще один участок Неверленда, который просто ужасен … уродлив, загрязнен. И эти пираты, просто свиньи, сделали это. И все, о чем думает Крюк-это жадность и деньги. Он разрушает это место. Рыбы умирают и русалки… Это серьезная угроза для Земли и для детей. Это место было прекрасным раем. Но потом … в конце, когда убивают Крюка, мы видим, как происходит что-то другое. Это было бы так захватывающе, тебе не кажется? И затем будет возрождение. Мы видим, как все те феи поднимаются, и земля снова меняется, и небеса открываются. Неверленд возвращается к тому, каким и должен быть. И дети прыгают вверх и вниз.»

«Я думаю, что капитан Крюк-такое зло, что даже животные почувствовали это и ушли.» Предлагаю я.

Майкл смеется, ему это нравится.

«На этом участке острова нет животных», — говорю я.

«Они убивали и стреляли в животных», — добавляет он. «Прямо как на всей планете Земля.»




Майкл был в восторге от полученного сценария, однако сценарий так и не стал фильмом, поскольку Спилберг выбрал другой вариант, который в конечном итоге превратился в его фильм «Капитан Крюк» , в другую версию той же истории.

В названии книги Кравиотто упоминается агорафобия, состояние, от которого автор страдала после автомобильной аварии. В ее случае речь шла о страхе покинуть ее дом, сесть за руль автомобиля и отправиться в общественные места. Именно поэтому необходимость посетить Майкла была для нее довольно проблематичной, что еще больше усугублялось тем, что Майкл мог встретиться с ней только после 9 вечера – он был занят записью альбома «Dangerous» в то время, поэтому, чтобы увидеться с ним, ей пришлось оставить двух своих маленьких детей на попечении мужа – актера , для которого это было непривычной задачей.

Первые 21 глава книги описывают проблемы агорафобии автора, а также ее взаимодействие с Майклом Джексоном, из-за которого она заставила себя посетить ранчо Неверленд и одно из его владений в Лос-Анджелесе.

Забавно, что студия звукозаписи Майкла была в конце улицы, на которой она жила, но ей не пришло в голову пригласить его к себе (ему бы понравилось). Она держала свою агорафобию в секрете от всех, кроме ее агента, из-за страха потерять работу.

И все было бы в порядке с этой книгой, если бы не было главы в конце, где Кравиотто описывает чтение окончательной версии Майклу Джексону. И, О Боже, внезапно выясняется: там присутствуют еще два человека – седовласый мужчина с бородой, которого она называет “Приятель”, и девяти-десятилетний мальчик в фетровой шляпе.

Ненавидящие Майкла, естественно, пропускают все остальное и быстро переходят к этой главе, подробно описывая ее и даже делая скриншоты, поэтому любой желающий может ознакомиться с ужасами, которые видела Кравиотто там и что она думала об этом.


И вот, что она думала :



                                                                     МЕСТО ДЕЙСТВИЯ



Майкл сидит на диване, в своей черной шляпе, и с ним рядом сидит маленький мальчик, также одетый в чёрную шляпу. Мальчик ест пиццу , Майкл хихикает и наливает ему больше содовой. Ребенок выглядит на девять или десять лет. Майклу комфортно сидя рядом с ним, я впервые вижу его таким.


«Привет, Дарлин!» — говорит Майкл, не вставая с дивана. Я надеюсь, что моя челюсь не отвисла..


«Это мой друг Эндрю » — говорит он мне, как будто это делает все остальное понятным.


Я киваю и улыбаюсь маленькому мальчику, который слишком занят пиццей, ему всё равно кто я и зачем я тут. Я действительно не знаю, что сказать. Я зарабатываю на жизнь словами , но эти инструменты моей профессии внезапно пропали . Я стараюсь не пялиться, но я не понимаю причин носить вдвоём одинаковые шляпы и многозначительности общения Майкла и его друга по пицце.


«Эндрю из Новой Зеландии» — говорит Майкл, как будто это объяснит эту странную картину. Я все еще не понимаю.



Трудно объяснить, почему автор была так растеряна, увидев как мальчик ест пиццу в присутствии трёх взрослых, но давайте не будем комментировать ее чувства – ведь она страдает агорафобией, так что кто знает…


Давайте просто отметим, что год указан 1990, поэтому имя «Эндрю из Новой Зеландии» вполне может быть «Уэйд Робсон из Австралии». Это то, в чём, очевидно, была стратегически заложена бомба.


Автор не говорит, кем был «Приятель», из ее описания мы предполагаем, что он какой-то теневой персонаж, однако читатели узнали в этом человеке База Кохана, 57-летнего мужчину и отца троих детей, известного телевизионного продюсера и композитора, который был Майклу хорошим другом еще со времен Motown. Майкл называл его Баззи.


Автор описывает ад, который она переживает, видя, что происходит в комнате:



Я пытаюсь дистанцироваться от того, что происходит здесь, в комнате.


Что, черт возьми, происходит в этой комнате?! Почему здесь другой писатель? Последнее, что сценарист проекта хочет увидеть прямо перед тем, как передать свою историю звезде — это то, что в комнате сидит другой писатель (даже не прикрепленный к проекту).


Это какое-то испытание от Майкла для меня? Если я потерплю неудачу, меня заменят?


Приятель, похоже, прочитал мои мысли..


«Я в основном продюсирую», — объясняет он, видя в моих глаза ужас конкуренции.


«И я написал пару песен вместе с Майклом» -добавляет он.


«Мы с Приятелем только что написали песню вместе» — поясняет Майкл. — «Я хочу, чтобы он услышал эту историю, чтобы найти идею для песен»


… «Потрясающе!» — говорю я, с большим энтузиазмом.


(На фото Баз Кохан, Майкл Джексон и Сюзанн Де Пасс на репетиции)



Недолгий поиск в Google показывает, что песня «Gone too soon» записана Майклом для альбома Dangerous (над которым он работал в то время). Песня была посвящена другу Майкла Райану Уайту, мальчику, зараженному СПИДом в результате переливания крови, который умер именно в это время, в апреле 1990 года. Баз Кохан был тем, кто написал эту песню, но он отдал ее Майклу, чтобы тот записал ее как дань уважения мальчику.


Чтобы понять настроение Майкла в тот момент, рассмотрим как Джозеф Фогель описал общение Майкла с Базем Коханом об этой песне и причину, по которой она была включена в альбом:



ЭТО БЫЛО ЗАПОЛНОЧЬ В ВОСКРЕСЕНЬЕ когда телефон зазвонил в доме Кохана. «Простите, я вас разбудил?» — прошептал голос на другой линии. «Баззи там?»


Жена База , Рея, привыкла к поздним звонкам Джексона. «Секундочку» , — сказала она, передавая телефон мужу. Джексон звонил той ночью по поводу конкретной песни. Ранее в тот же вечер он смотрел по телевизору, как Дион Уорвик (хороший друг) отдает дань памяти , < > исполнителям, которые умерли рано. Наблюдая за этим, Джексон плакал.

В ту ночь Джексон сказал Базу, что чувствует что должен записать песню. «Когда ты захочешь», -ответил Баз.


Годы спустя, в 1990 году, Баз и Майкл разговаривали по телефону о мальчике, с которым подружился Майкл, о Райане Уайте. «Он не будет жить вечно» , — сказал Джексон. «Я хочу сделать для него что-то особенное» .


Райан стал национальным лицом СПИДа в то время, когда болезнь все еще неправильно понимали, клеймили и боялись.


Джексон знал, что он не может изменить судьбу Райана, но он надеялся дать ему эскапизм и радость, прежде чем его время истекло. [Он] купил Райану на день его Рождения красный кабриолет Mustang, машину его мечты . Однако всего через несколько месяцев, 8 апреля 1990 года, Райан умер.


На следующий день Джексон прибыл в Индиану. Он несколько часов просидел в пустой комнате Райана и смотрел на его сувениры, одежду и фотографии. «Я не понимаю, когда умирает ребенок» — сказал Джексон позже. «Я действительно этого не понимаю».


Мать Райана, Джин, предложила Джексону сделать все, что захочет, на память, но он попросил просто держать все в комнате как прежде.


Несколько месяцев спустя Баз был в студии Ocean Way, когда Джексон записал песню. Как обычно, Джексон пел в темноте, чтобы полностью погрузиться в себя. Баз сидел рядом с Брюсом Суидоном у пульта управления, у него бежали мурашки по коже от того, что он слышал . Лирика была о красоте, быстротечности и хрупкости жизни.


Слова могут легко превратиться в клише и сентиментальность в руках обычного исполнителя, но Джексон не был обычным исполнителем. «Он вложил в нее свою душу», — вспоминает Баз. «Не было никакого преувеличения . Это были настоящие чувства» .




«Gone Too Soon» стала треком № 13 из 14 на альбоме Dangerous. Он был выпущен в качестве сингла на Всемирный день борьбы со СПИДом, 1 декабря 1993 года. Джексон также исполнил песню на инаугурационном торжестве президента Билла Клинтона,чтобы еще больше просветить мир о Райане Уайте и получить политическую поддержку и финансирование для исследований СПИДа.


Однако вернемся к Дарлин Кравиотто и ее драме:




Эндрю доел пиццу и расположился удобно на диване. Майкл убрал коробку из под пиццы, воспользовался салфетками и унёс мусор на кухню. Мы с Приятелем остались ждать его. Мои глаза остановились на маленьком мальчике, на его веснушчатом лице, его светлые волосы виднелись из под шляпы.


Какого черта он здесь делает?


И где его мать? Сейчас десять часов вечера, сегодня четверг, разве ей не следовало быть здесь сейчас? Моя голова кружилась от этих вопросов, которые я не могла задать.


Майкл вернулся с пледом, сел на диван и накрыл им мальчика и себя. Майкл положил свою руку вокруг маленького Эндрю и тот облокотился на его предплечье. Я стараюсь не пялиться. Я стараюсь не смотреть на это. Я смотрю осуждающе когда Майкл расстилает плед на своих коленях и коленях маленького мальчика. Эти двое сидят очень близко друг к другу.


Я опускаю голову и смотрю на страницы своей истории, убедившись, что все уселись (и укрылись пледом) и начинаю читать.



Действительно, что, черт возьми, мальчик и приятель там делали?


Мое первое предположение заключается в том, что Майкл пригласил двух своих друзей послушать финальное чтение сценария и услышать их мнение об этом. Мальчик-самая подходящая аудитория для истории про Питера Пэна, и Дарлин знает это лучше, чем кто-либо другой, поскольку она сама проверяла сценарий на своих собственных детях, вечер за вечером, чтобы увидеть их реакцию и отметить, какие сцены заставляли их смеяться и что их завораживало.




Каждый вечер я читала Джейкобу и Кэтрин страницы истории про Питера Пэна, которые я писала в тот же день в своем кабинете. Дети слушали перед сном как я читала рассказ по ролям, я оживляла рассказ своим голосом. Когда они смеялись — я запоминала это и это давало мне надежду. Когда они завороженно слушали и их глаза становились большими — я понимала, что моя история работает.



Баз Кохан также был вполне естественной аудиторией для прослушивания сценария, он долгое время сотрудничал с Майклом Джексоном и работал с ним прямо в то время и мог быть приглашен туда даже для написания песен для нового фильма. В любом случае его мнение о сценарии фильма как ветерана индустрии развлечений было для Майкла очень ценным.


К сожалению, было уже позже 9 часов вечера, но для Майкла это было единственное свободное время для чтений сценария. Автор почему-то забывает об этом и ее мысли заняты совершенно лишними вещами.


Она смотрит на мальчика и ее больше беспокоит то, что Майкл слишком заботится о нем и ведет себя скорее как женщина мягко, нежели как мужчина, конечно с ее точки зрения — матери, чей муж не имеет опыта общения с собственными детьми, чей муж не уделяет собственным детям внимание и закрывает перед ними дверь.



Пока я читала 37 страниц моей истории Питера Пэна, я перенеслась из Неверленда в убежище Майкла, наблюдая за всем в комнате, живя историей на страницах рассказа. Никто не знает, но это так. Я читала диалоги по ролям, играла драматичные моменты, я быстро пролетала над ними, а затем я возвращала своё внимание на Приятеля или на Майкла или на маленького мальчика, обнимающего Майкла. Я летела как Питер Пэн, паря над верхушками деревьев, но я также наблюдала за Майклом и маленьким мальчиком, сидящим напротив меня. Когда я понизила свой голос и изображала капитана Крюка, я зависла — я смотрела на Майкла,я наблюдала как он обнимает мальчика, точно так же как я обнимаю собственных детей.


Но это был не ребенок Майкла, и Майкл не был матерью мальчика. Я не видела чтобы отцы относились к своим детям так, как обращался Майкл с этим ребенком.


Его движения были похожи на движения матери: утешительные и нежные, когда он протягивал руку и брал руку маленького мальчика, чтобы держать ее. Мои инстинкты говорили мне, что это неправильно. Это ненормально.



Мальчик засыпает.



С нежностью Майкл укутывает маленького мальчика и на руках поднимает его с дивана. Он осторожно уносит его в коридор и затем в спальню. Мои глаза следят за Майклом и мальчиком. Приятель видит как я наблюдаю за ними.


«Майкл — очень хороший друг матери мальчика» — объясняет он.


Я киваю, но удивляюсь, почему он говорит мне это. Он видит, как мне некомфортно? Или как я злюсь на Майкла за то, что заставил меня почувствовать этот дискомфорт? Конечно, я ничего не скажу. Это не входит в мою работу — высказываться. Я делаю спокойное лицо идеального сценариста, я в порядке. Но агорафобия внутри меня просто хочет выбраться оттуда как можно быстрее. Побег-это не вариант, не в данной ситуации. Я чувствую себя будто в ловушке, но даже хуже чем когда-либо вне своего дома.



Когда Майкл возвращается, он и Приятель заверяют Дарлин, что мальчик уснул не потому, что он не был очарован рассказом, а потому, что он был сонный от большого количества съеденной пиццы. Однако автор не оценила их попытки успокоить её: мальчик, очевидно, является для нее более серьезной проблемой, чем мнение Майкла Джексона о ее окончательном сценарии.



«Он съел слишком много пиццы»  — говорит Майкл, вернувшись в гостиную.


«Слишком большое количество углеводов делают вас сонными!» — смеется он.


«Мои дети все время засыпают, когда я им читаю»   — говорю я. Но должна признать — я не рада, что мои слова усыпили ребенка.


«Мне нравится» — говорит Бадди, имея в виду мою историю. Он говорит это так, как будто он приятно удивлен.


«Это хорошо!» — улыбается Майкл.


По дороге домой у меня кружилась голова…


Я не могла перестать думать о Майкле и мальчике. Я хотела понять что-то, что, возможно, я просто не понимаю. Я знала, что Майкл считал себя Питером, но то, что я видела, совсем не напоминало мне о Питере Пэне.


… Это напомнило мне кое-что другое. То, о чем я слышала много лет назад, но не хотела верить.



Пока водитель студии везет ее домой, она вспоминает некоторые сплетни из голливудской музыкальной компании, что, когда Майкл был маленьким, он имел «отношения» с человеком, который был не только его наставником профессионально, но и «намного больше».



Моя подруга работала в офисе голливудской музыкальной компании. Она рассказала мне по секрету слухи об «отношениях» между Майклом Джексоном и одним из руководителей компании. Этот человек был профессиональным наставником Майкла, но он также был и гораздо большим. В офисе ходили слухи, что этот человек приставал к Майклу с самого его детства. Это было тайной и люди держали это при себе, опасаясь потерять работу.


Я думала, что история, которую рассказала мне моя подруга, была жестокой и злой сплетней. … Я просто предполагала, что эти слухи о Майкле были частью мистики знаменитостей. Я никогда не думала, что они могут быть правдой.



До этого вечера.



И теперь Кравиотто думает, что это может быть связано с его собственным прошлым опытом (если таковой был), что Майкл не видел ничего плохого в связи с мальчиком (при условии, если связь была).



Если у Майкла были отношения с мужчиной, когда он был маленьким мальчиком, может быть, теперь он не думает, что с такой связью что-то не так. Его близость к мальчику казалась легкой и расслабленной. Майклу было комфортно находясь с ним. Ничто в его поведении не указывало на то, что Майкл считал, что то, что он делал, было неправильным или ненормальным. Возможно это заставило меня чувствовать себя так неловко. Я обеспокоена. Я запуталась. Как Голливуд может не знать об этом?


Это тайна Майкла, так же как и моя агорафобия?


Видела ли я что-то, что он обычно держит в секрете? Если да, то почему он решил показать эту свою сторону мне? Я не знала где правда и я не была уверена,что хочу выяснять это.




Вот что читатели говорят об этой сцене в комментариях на amazon.com:


«Это тревожная книга. С одной стороны, она описывает прекрасные моменты времени, проведенные с Майклом Джексоном во время работы над сценарием для идеи фильма Питера Пэна. Кравиотто хорошая писательница, ее история интересна и согревает сердце. Проблема развивается когда она пытается провести психоанализ мистера Джексона, его поведению и его мотивам. Когда она пишет о своем времени, проведенном с этим очень творческим музыкантом и режиссером без ее собственного анализа, то мы можем увидеть  его обаяние, естественную застенчивость, доброту и юмор. Когда она смотрит на его поведение сквозь призму предвзятых идей, то история кажется жуткой (особенно касающееся детей). Кравиотто попадает в ловушку многих писателей, которые не могут не видеть его ненормальным».



«Если смотреть на факты истории, то мы увидим, что ничего странного не происходит. Что странного в том, что ребенок ест, а затем засыпает в присутствии трех взрослых? Намеренные намеки автора делают из обычной ситуации — ненормальную. Кстати, странно почему автор не рассказала кем был этот Приятель? Это Баз Кохан, уважаемый музыкант и композитор, отец троих детей. Почему бы не раскрыть его настоящую личность в этой истории? Зачем делать Приятеля каким-то таинственным, жутким, теневым персонажем? Это средства, с помощью которых простую, невинную сцену можно превратить во что-то «подозрительное», «неловкое», «жуткое». И, на мой взгляд, автор делает это совершенно сознательно. Не притворяйтесь, что она не знает как она описывает эту сцену».


«Я согласен, она совсем перегнула палку в своей реакции на ребенка с МД.. Агорафобка, которая оставалась дома со своими детьми, она, кажется, совершенно не знает, что мужчины также могут заботиться о детях. Ее муж не заботится о своих детях. Однажды ей пришлось искать няню для детей чтобы встретиться с МД и тогда муж сделал одолжение и согласился посидеть с собственными детьми!!!»


«Дарлин пишет с шармом, юмором и чувствительностью о своих отношениях с Майклом, и долгое время в книге, кажется, видит в нем родственную душу. Она описывает его в самых приятных выражениях (хотя мне не особо нравились методы, к которым она прибегала, чтобы оставаться в его доброй милости). Тем не менее, внезапно, ближе к концу, она рассказывает об инциденте, который совершенно вне контекста. Это похоже на внезапный и сенсационный вброс, с какой целью?? Удовлетворить потребность издателя и публики в чем-то щекотливом? От этого радость, которую я почувствовала, прочитав бОльшую часть книги, сдулась как воздушный шар, проткнутый булавкой. Я просто хочу, чтобы Мисс Кравиотто не использовала инсинуации, намеки и предположения, потому что это ничего не доказывает».



Действительно, это ничего не доказывало. Слова, которые она использовала, делали эту ситуацию ужасной, но сама ситуация не была ужасной.



                                            КАК ГОЛЛИВУД МОЖЕТ НЕ ЗНАТЬ ОБ ЭТОМ?



После всех этих подробностей, любезно предоставленных читателям ненавистниками Майкла, мы можем легко ответить на вопрос Кравиотто: «как Голливуд может не знать об этом?» просто задавая аналогичный вопрос: «Как Голливуд может не знать О ЧЕМ?»


О том, что сына подруги Майкла пригласили послушать новый сценарий фильма про Питера Пэна, он уснул и остался в доме Майкла с другими взрослыми там? И вся компания выглядела естественно, легко и расслабленно?


Когда Дарлин Крэвиотто еще была актрисой, а не сценаристом, она снялась в нескольких фильмах ужасов, и этот опыт очень много говорит о ее рассказе про Джексона. Это звучит очень похоже на фильм Хичкока, где на самом деле ничего плохого не происходит, но ожидание благодаря силе внушения вызывает у читателя тревогу и страх.


На самом деле она даже использует специальную пленочную технику камеры/ ее воображение, парящее над Джексоном, который держит руку мальчика.


Крупные планы, камера, бродящая по комнате, привлекающая внимание к деталям и простое предположение о преступлении вместо самого преступления — были именно теми методами, которые Хичкок использовал в своих фильмах (см. больше о его методе в этом чудесном руководстве).


Вопрос Кравиотто интересен еще и тем, что его можно задать по-другому. Если вы сделаете акцент на другом слове, вы узнаете, что она, вероятно, не собиралась раскрывать тайну Майкла, но теперь задает вопрос об отношениях между Голливудом и Майклом Джексоном: «как Голливуд может не знать об этом?”


Этот вопрос говорит нам о том, что в 1990 году в Голливуде никто не думал о взаимодействии Майкла с детьми и причина тому в том, что даже самый циничный там понимал, что в сексуальных вопросах он был не более чем ребенком.


Кравиотто сама неоднократно описывала его как «третьеклассника», с которым они вместе хихикали, как маленькие дети, когда, например, Майкл был потрясен, заметив, что его брюки расстегнуты после посещения ванной комнаты. И когда он предложил посмотреть Грэмми с ним на кровати в первую их встречу. Она не думала ничего плохого.


Автор рассказала нам, что в то время в Голливуде ходили сплетни о том, что к Майклу приставали в детстве, а также разговоры про его «эксцентричность» и тому подобное. Откровения Кравиотто делают ее тем самым человеком, который спровоцировал лавину инсинуаций о Майкле Джексоне, тем более что на следующее утро она не придумала ничего лучше, чем рассказать о своих фантазиях ее голливудскому агенту.


Она позвонила своему агенту Рэймонду на следующий же день в 8 утра, чтобы спросить, знает ли он какую-либо грязь о Джексоне(по словам ее агентов в Голливуде, самые информированные люди там, и если они не знают — никто не знает).


Удивленный агент сказал, что никакой грязи о Джексоне неизвестно, за исключением того, что «все знали, что он странный». Однако Кравиотто не остановилась на этом и поделилась с ним худшим из того, что ее воображение нарисовало о Майкле:




Рано утром я позвонила Рэймонду в его офис.


… «Расскажи мне все, что ты знаешь о Майкле» — прошу я. «Всю грязь».


Если были слухи о Майкле и мальчиках, с которыми он дружил, Рэймонд бы их слышал.


Агенты гордятся тем, что знают грязь обо всех в городе. Они агенты, это часть их работы — знать уязвимости людей.


«Он странный!» — говорит Рэймонд. «Все это знают. А что? Что случилось? Что он сделал?»


Я рассказала Рэймонду всё. О том, как Майкл обнимал мальчика на диване. О том, какое позднее было время и что родителей мальчика не было рядом. Я рассказала, что обеспокоена как мать — я показала ему фото своих детей, ведь я надеялась, что они однажды встретятся и Майкл пригласит их в Неверленд. Я сказала, что слышала слухи о детстве Майкла и теперь я не уверена, что это были только слухи и что я теперь не хочу чтобы он когда-нибудь увиделся с моими детьми. И я спросила Рэймонда слышал ли он что-либо про Майкла и юношей.


«Нет!» — говорит он уверенно. «Ничего подобного!» — Рэймонд шокирован.


«Это серьезно. Это может убить его карьеру!»


Я понимаю по тону голоса Рэймонда, что он говорит мне правду. Если бы были какие-то сплетни о причастности Майкла к детям, Рэймонд бы все об этом знал. Голливуд слишком мал в индустрии, чтобы держать это в секрете.




Все вышесказанное было не только неприятным, но и ненужным. Если вы не хотите, чтобы ваши дети посетили Неверленд, все в порядке, только в чем смысл делиться этим с вашим агентом? Поэтому, прекрасно понимая, что такое Голливуд, она дает волю своей фантазии и ее история начинает звучать настолько ужасно, что остается надеяться, что Майкл не увидит даже и фотографий ее детей!


И мы должны верить, что она не знала, что весь Голливуд скоро будет ошеломлен, несмотря на обещания ее агента молчать? Недаром читатели говорят, что эта книга разобьет вам сердце.




                                                         ЧТО ГОВОРЯТ ЧИТАТЕЛИ.



В приведенном ниже обзоре подводится довольно хороший итог и добавляются некоторые более интересные детали к истории:



«Эта книга разобьет вам сердце. В то же время это, вероятно, одна из лучших «инсайдерских» историй. Автор описывает свои необычные, но теплые и добрые отношения с Майклом Джексоном на первых 90% книги. У вас действительно складывается впечатление, что она чуткая и понимающая. Но в одиннадцатый час она толкает его под автобус.



Тем не менее, если вы можете выдержать неизбежное предательство в конце, то найдете увлекательный взгляд на мыслительный процесс МД, его творческий дух, доброту и эмоции. И это очень хорошо написано. Проект, над которым они работали, был фильмом про Питера Пэна, где Майкл должен был сыграть главную роль.


Майкл много вкладывает эмоционально в проект, и он также выражает беспокойство, что Стивен Спилберг на самом деле несерьезно относится к его созданию.


В книге рассказывается, как Майкл проводит встречи со Спилбергом и Джеффри Катценбергом, и, хотя встречи проходят активно и они говорят правильные вещи, Майкл чувствует, что не так — ведь они просто массируют свое эго. Это только бизнес. Он рвётся всюду, надеется, хочет верить им, но в глубине души чувствует, что его дурят. В конце концов Майклу становится ясно, что его страхи верны — его накололи, что он проделал эту работу зря; он становится холоден к автору, ведь она тоже не была достаточно честна с ним, по своим причинам.


Я понимаю его поведение. Майкл слишком вежлив, или подавлен, или убежден, что она все равно ничего не знает, чтобы сказать что-то прямо ей. Или, может, он не хочет её расстраивать. Но он всё понимает. Поэтому теперь он внезапно приводит на встречу совершенно новых людей, включая ребенка. То, что ребенок нуждается в чрезмерном внимании от него, и что теперь она должна иметь дело с другими его людьми (незнакомыми ей), просто очевидно, что это техника отвлечения, оправдывающая игнорирование ее и возможность не выражать его гнев напрямую.


Но она (предсказуемо, к сожалению, неуклюже) делает вывод, что это должно быть свидетельством какой-то чудовищной причудливой странности. Поэтому она начинает задавать вопросы руководителям Диснея и ее агентам. Ей все говорят-нет, никогда не было такого вопроса о Майкле. Ни одного. Это 1990 год. И вы можете сделать свои собственные выводы, дорогие читатели, но, похоже, она там, где, по-видимому, начались плохие истории».



Майкл чувствует, что его обманули и что работа была проделана зря, это проницательное наблюдение. Часть читателей считает, что автор знала, что ее сценарий был разработан только для того, чтобы сделать Майкла Джексона счастливым. И что это был просто отвлекающий маневр. Мысль о том, что она пытается сделать Майкла «счастливым», повторяется в книге так часто, что она просто навязывает себя читателю как реальную цель проекта:



«Я сделала все, что в моих силах чтобы Майкл был счастлив на 100%. Я была идеальным сценаристом : я заботилась, поощряла, уговаривала и заманивала. Мы играли вместе, ели конфеты, смеялись над глупостями. Но теперь все кончено. Мы перестали быть детьми. Я, по крайней мере. Майкл внутри остается таким какой он есть».

«Я сделала все, что в моих силах чтобы Майкл был счастлив на 100%. Я была идеальным сценаристом : я заботилась, поощряла, уговаривала и заманивала. Мы играли вместе, ели конфеты, смеялись над глупостями. Но теперь все кончено.Мы перестали быть детьми. Я, по крайней мере. Майкл внутри остается таким какой он есть».  

Что читатели говорят об этом :

«Удивительно, что этот автор, похоже, не видит, что она использовалась в качестве инструмента, с помощью которого обманули МД. Даже когда автор обсуждает Голливуд, говоря насколько это жестокий город и что он «построен на вранье» (цитата автора), она , похоже, не понимает, что и она сама была использована. Или, скорее всего, она не признает этого, потому что все еще хочет работать.»

~

«Я считаю нераскрытой часть истории, которая описывает Спилберга, киностудию и продюсеров. Эта часть повествования просто пропадает и очевидно, что эта история явно предназначена для того, чтобы быть сосредоточенной вокруг Майкла, чтобы ее выставить на продажу с инсинуациями и с именем Майкла Джексона прямо на обложке. Это ошеломит любого. Можно счесть эту историю как трогательную и милую. Она захотела чтобы все выглядело совершенно по-другому».

Тот факт, что эта книга представляет собой преднамеренную попытку запятнать имя Майкла, по-прежнему требует некоторых доказательств. Вся информация о внутренней работе этого проекта действительно отсутствует, поэтому для заполнения этих пробелов нам нужно копать гораздо глубже.

НАД ЧЕМ СТОИТ ЗАДУМАТЬСЯ.

Многое в истории Кравиотто заставляет задуматься, помимо очевидного факта, что она создала необоснованные намеки о Джексоне и 30 лет назад отправила их по Голливуду.

Почему, например, она раскрыла секретный проект «M» читателям и почему только сейчас? И почему она структурировала книгу так, что этот эпизод с Джексоном она включила в книгу в последний момент?

Согласитесь, что писать историю, целиком симпатизирующую Майклу и бросать его под автобус в последний момент несколько странно-это больше похоже на ловушку для читателей и неожиданное изменение жанра, как комедийный ситком, внезапно превращающийся в фильм ужасов. В этом есть что-то неестественное, если, конечно, история не является сценарием, где все может произойти и где кульминация истории должна быть в самом конце фильма.

На самом деле, Кравиотто не исключает, что однажды ее книга будет адаптирована для фильма, и это также говорит о том, что ее рассказ — это почти готовый сценарий для фильма «Расскажи всё» о Джексоне. См. Отрывок из этого интервью:

Лиза: Что будет дальше? Вы напишете сценарий по этой книге?

Дарлин: На данный момент у меня нет планов адаптировать мои мемуары к сценарию. Сейчс я концентрируюсь на маркетинге. Посмотрим, куда приведет эта книга..

Ну, мы надеемся, что это никуда не приведет, и тем временем задумываемя о тайминге в книге Кравиотто и о том, что книга заканчивается своего рода вопросом — «такой ли он или нет?»

События книги размещены в определенном временном интервале, таким образом они создают удобную почву для последующего вопроса и окончательного ответа автора.

Если, например, тема, поднятая в книге, была в реальной жизни,то подробное расписание с указанием дат и времени, а также стратегия книги выглядели бы более чем логично и объясняли бы все это.

И действительно, в мае 2012 года человек, описанный Кравиотто как «мальчик из Новой Зеландии», посетил терапевта, где он якобы узнал о надругательстве над ним. Затем купил книгу о себе, и когда это провалилось — выдвинул свои обвинения против Майкла в мае 2013 года.

Рассматривая эти события в такой перспективе, трудно устоять перед соблазном установить связь между книгой Кравиотто и действиями «мальчика» после ее издания.

Также беспокоит и то, что проект «М» был большим секретом. Кравиотто говорит, что никто не знал о нем и никто бы не узнал, если бы не ее книга. Она утверждает, что даже она не понимает, почему вокруг было так много секретности.

В своем вступительном слове она говорит, что если мы станем искать в Google, мы не найдем ничего про прект «М», и это действительно так — я пыталась, но ничего не нашла. Но почему все это — секрет?

«Они назвали его «Project M», чтобы никто не знал об истинном характере фильма. Почему это хранилось в секрете, я до сих пор не понимаю. За исключением утечки в прессу на ранней стадии разработки, в то время больше не упоминалось о фильме.

Это было совместное предприятие Disney Studios и Amblin Entertainment, кинокомпании Стивена Спилберга. Стивен был воодушевлен тем, что Майкл будет там звездой. Это должен был быть музыкальный фильм про Питера Пэна. Перспективность проекта и Дисней захотели, чтобы сценанаристом была я.

Никто никогда не слышал об этом.

На самом деле, если вы будете искать в Google, Вы не найдете ничего про «Project M». Хотя есть краткое упоминание в Википедии, в которой говорится, что Стивен Спилберг рассматривал идею фильма про Питера Пэна с Майклом Джексоном в начале 1980-х, но затем передумал. Но это произошло не совсем так».

И то, как это произошло- еще одна большая загадка. По словам Кравиотто, в последний момент Стивен Спилберг передумал и решил в пользу «Крюка» и Робина Уильямса вместо Питера Пэна и Майкла Джексона. Из всех описанных событий этот внезапный поворот не только самый болезненный, но и наименее объяснимый.Спилберг был полностью настроен на создание фильма с МД, и даже спросил его, может ли он гарантировать, что ни один тур и ни один альбом не будут мешать их проекту. И Майкл был непреклонен — ничто не будет стоять на пути. И тогда Спилберг убивает всё ради какой-то прихоти и с таким ничтожным вниманием к своему другу? Все руководство желало работать в этом проекте, было восторжено, действовало совместо и с энтузиазмом. Казалось, что только Стивен Спилберг равнодушен к этим событям. Если это так, то он не лучше злодея.

И с этой точки зрения книга Дарлин Кравиотто оставляет нас не только с одним злодеем (Майклом Джексоном), но даже с двумя, где каждый из них плох по-своему.

ЕЩЕ ОДИН ЗЛОДЕЙ.


(Стивен Спилберг на съемке клипа Майкла Джексона Liberian girl)

На самом деле, на протяжении всей книги Спилберг возникает как персонаж, вызывающий тревогу. Во время их встреч с Кравиотто Майкл Джексон несколько раз высказывал свое беспокойство по поводу Спилберга и, по ее словам, каждый раз Майкл выключал диктофон, и его голос становился «холодным и безэмоциональным».

Вот как она это описывает:

Внезапно он подходит и выключает запись. «Я беспокоюсь насчет Стивена» — мягко признается он мне. «Как вы думаете, он может это сделать? … Как вы думаете, у него есть сердце, чтобы создать Питера Пэна?

Меня шокирует вопрос : Майкл Джексон спрашивает меня, что я думаю о режиссерских возможностях Стивена Спилберга.

..« Ко мне приходили другие режиссеры по поводу Питера Пэна, но я всегда хотел сделать это со Стивеном», — говорит Майкл. Он кажется искренним в своем уважении к человеку, но его опасения по поводу режиссера тоже кажутся реальными.

«Но я не знаю … Я не знаю, справится ли он с сердцем истории … .. Я не уверен, что у него такое  сердце, какое должно быть».

Майкл снова включает диктофон, нажимает кнопку записи. Он садится обратно в кресло и широко улыбается.

« Я люблю идею о Питере Пэне. Очень люблю! И она никогда еще не была воплощена верно. Это тронет мир. Потому что взросление — это тот переход, который касается каждого. Каждый проходит через это. Люди говорят : «Я помню, что я чувствовал». Но я чувствую это и сейчас! Никто не хочет признаваться, но они действительно не хотят взрослеть. Они хотят вписаться в социум и играть в это круто. Но внутри они просто…дети».

«Все, о чем мы говорили, я вижу через камеру Спилберга, — взволнованно произношу я, — то, как Стивен снимает, и как это выглядит …»

Прежде чем я закончила свою мысль, Майкл снова потянулся к диктофону и выключил его. Лента остановилась и наступила тишина. Майкл прервал ее, когда наконец сказал : «Мы должны заставить его видеть вещи по-нашему»

Слова холодные и неэмоциональные, звучащие скорее как угроза, чем как уговор.

«Так и сделаем»- уверяю его я.

Эти эпизоды встречаются на протяжении всей книги и каждый раз они выглядят ну слишком драматичными , чрезмерными и нехарактерными для этих людей.

«Я всегда чувствовал себя Питером Пэном. Мне было очень трудно взрослеть . Я жертва синдрома Питера Пэна».

Учитывая ещё, что у автора нет записей для подтверждения опасений Майкла в том, что « у Спилберга нет сердца чтобы создать эту картину» (диктофон всегда выключался) , то я даже и не знаю…

Однако мы знаем, что Джеффри Катценберг (главный исполнительный директор Disney), Говард Фейн (креативный продюсер Disney) и все остальные были настроены на создание фильма и, очевидно, имели сердце для этого. И только Стивен Спилберг, плохо выбранное время и неудача не позволили этому случиться.

В понедельник утром мне позвонил Говард.

«Это замечательно!» — сказал он и его голос звучат благородно и искренне.

«Вы создали замечательные, действительно творческие вещи. Это потрясающе! » — продолжает он.»

«Хотел бы я чтобы у нас получилось….» — говорит он неловко.

В Голливуде всегда есть «НО». И ты должен пробираться через все это дерьмо достаточно долго, чтобы найти его.

« Мы не можем снять Питера Пэна. Совсем. Никак.» — признается он.

« Это из-за Майкла?» — спрашиваю я.

«Майкл не имеет никакого отношения к этому решению. Он любит Питера Пэна, вы это знаете. Он до смерти хочет сыграть Питера» .

« Но ты любишь эту историю и Майкл еще в деле..»

«Это из-за Стивена» — признается он тихо.

Холод пробежал по моей спине.

«Это ему не понравилось?» -спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.

Далее следует кошмар каждого сценариста.

«У него есть другой сценарий, — говорит Говард, со словами, застревающими в горле..

«Другой сценарий?»

«Он называется Крюк»

… «Это уже написанный, готовый к работе сценарий ?!» — спрашиваю я Говарда, когда я медленно выхожу из моего шокированного психического паралича. «И Стивен просто наткнулся на него?»

«Кто-то просто отправил его ему».

«Ну , да. Конечно…»

«Клянусь Богом, Дарлин. У Стивена не было этого в планах, когда мы все вместе обедали. Это просто упало ему на колени. Это всё просто очень невовремя. Не воспринимай на свой счет»

«Так что же , вот и все с Питером Пэном?»

«Нам понравилось то, что создали вы!» — говорит он голосом , слишком восторженным для той новости, которую он принес.

«Джефри это понравилось!»

В своем интервью Кравиотто говорит, что не все сценарии доходят до конца, что для Голливуда это обычное дело, отклонять их. Но она никогда не начинала писать, пока сделка не была заключена. Поэтому ее работу всегда оплачивали и для нее не было финансовой катастрофы, если на ее сценарий не был снят фильм.

Но для Майкла Джексона это был сокрушительный удар. Она вспоминала, что он говорил о Спилберге и понимала, что ее надежда, что , по крайней мере «с ним будут обращаться лучше» не сбылась.

«Как ни странно, как бы не чувствовала себя как сценарист, но мое сердце открылось Майклу. Вся его жизнь была сосредоточена вокруг отождествления себя с личностью Питера Пэна. И всегда это было его мечтой — сыграть в кино эту роль.

Должно быть, для него это унизительно и разрушительно — что у него отняли эту роль. И вместо Майкла-Питера Пэна будет играть Робин Уильямс. Я думаю, что это сильно ранило Майкла.

Я вспомнила слова Майкла, его беспокойство о том, что режиссер не имеет достаточно «сердца», и теперь это кажется таким пророческим. Я задавалась вопросом — как долго Стивен уже знал о сценарии «Крюка» и как много встреч с Майклом мы провели в то время когда он знал?

Я была просто сценаристкой, дном пищевой цепи. Но Майкл был звездой, и я думала, что с ним будут обращаться лучше.

Я сразу же написала записку Майклу, чтобы рассказать как плохо я себя чувствую из-за сроков проекта «Крюка» и участии Стивена в нем. Я написала ему, что надеюсь, что он когда-нибудь сыграет роль Питера, роль, которую ему суждено сыграть. Я написала, что мне понравилось работать с ним и что я надеюсь, что мы сможем снова работать вместе. Я уехала на такси той же ночью, оставив записку швейцару.

Я так и не получила ответа.

Я больше ничего не слышала от Майкла.

Теперь вопрос состоит в том, верим ли мы написанному в книге Кравиотто?

Ведь она голливудский сценарист, который привык создавать сюжеты и не описывать события так, как они на самом деле происходили, а зарабатывать деньги и максимизировать эффект, она могла бы сделать свою историю чуть более “красочной”, добавив к ней оттенков и творческих деталей.

Однажды она сказала, что издатель попросил ее сделать эту историю более непристойной, но она этого не сделала.

Лиза: Вы упомянули, что на ранней стадии один крупный издатель сказал, что книга должна быть более непристойной.

Дарлин: Я не ожидала такого, ведь я знала, что не пишу книгу « расскажи все» о Майкле Джексоне. В документальной литературе, в отличии от романов, 8 – 10 страниц и образцы некоторых глав должны продать книгу. Цель состоит в том, чтобы получить контракт, а затем издатель будет иметь материал. Но моя книга уже была написана: это была история, которую я хотела рассказать, и она была такой, какой я хотела ее написать.

Внезапно я почувствовала, как будто я снова забрела в Голливуд, где по сути вы должны написать историю так, как продюсеры / студия хотят, чтобы она была написана. Если вы этого не сделаете — вас уволят. Агент посоветовал : «Ты не должна писать то, чего не хочешь писать. Это твоя книга». Итак, я поняла, что я контролирую свою историю и то, как она будет рассказана. Все, что я должна сказать, было: «Извините, но меня это не интересует».

Отлично. Она не заинтересована в том, чтобы выдумывать о Джексоне. Она уже выжала максимальный ущерб из этой истории о мальчике и его пицце.

Но почему я продолжаю сомневаться — потому что эта книга делает неприятным не только Майкла. Есть вещи, которые делают отталкивающей и ее саму.

АГОРАФОБИЯ.

Вся история Дарлин Кравотто основана на предположении, что у нее была агорафобия, которая не позволяла ей покидать дом, и, следовательно, все это крутилось вокруг необходимости выходить на улицу, чтобы увидеть Джексона. Она говорит, что у нее развилась агорафобия после ужасной автомобильной аварии, когда она вылетела через лобовое стекло своего автомобиля, и ее лицо было ранено. В конце концов раны зажили, но к тому времени у нее уже развилась агорафобия и она больше не могла покинуть свой дом по другим причинам, не из-за ран. Вот несколько выдержек из трудов Кравиотто, рассказывающих ее историю:

Меня наняли сниматься в большом фильме. «Я никогда не обещала вам розовый сад». Все мои голливудские мечты начинали сбываться. Но за неделю до того, как мы должны были заново снять концовку фильма (со мной в нем), я попала в автомобильную аварию, и мое лицо прошло через лобовое стекло моего Шевроле Малибу 1967 года выпуска. Мои раны в конце концов зажили, но у меня развилась агорафобия после аварии. Я не могла ходить на прослушивания, поэтому мне пришлось прекратить играть. Но была хорошая новость — я взяла ручку и начала писать. Я должна была что-то делать все это время сидя дома, поэтому я стала писать».

«В этой аварии пострадало не только мое лицо. Внезапно я стала бояться выходить из дома. Я покрывалась холодным потом, куда бы я не пошла. Продуктовый магазин казался ужасающим, очереди в банке казались бесконечными, моё сердце начинало разрываться, мне приходилось быть отважной. Забудьте о возможности пойти куда угодно, будь то торговый центр, или театр, или спортивное мероприятие. Где могут быть сотни или (не дай Бог) тысячи людей. Мой разум туманился только от мысли об этом, я могла ходить в оцепенении. Поэтому я просто оставалась дома».

«Я застряла дома, боясь выйти».

Что меня смущает в вышеуказанных утверждениях — это то, что после первого ее фильма «Я никогда не обещала вам розовый сад», завершенного к концу 1977 года, Дарлин Кравиотто должна была прекратить играть роли в кино и остаться дома, работая над сценариями, поскольку ей было страшно покинуть дом.

Однако в ее официальной фильмографии есть, по крайней мере, еще три фильма, снятых после этого, один из которых создан почти сразу после этой автомобильной аварии, которая оставила раны на ее лице. В 1978 году она сыграла роль студентки в сериале «Больше чем друзья». В фильме ужасов «Человеческие эксперименты» 1979 года у нее была короткая, но яркая роль безумной женщины в тюрьме, которая была превращена в овощ криминальным психиатром. А в 1981 году в фильме «Ангельская пыль» она сама играла психиатра, а также была сценаристом — адаптировала чужую книгу в фильм.

И хотя все ее роли были короткими, они все еще требовали работы на съемочной площадке, так что то, что Кравиотто изображает как холодный пот при простой идее покинуть дом, выглядит немного преувеличенно.

Все эти разговоры об агорафобии, возможно, требовались только для того, чтобы превратить книгу в юмористическую и развлекательную историю. Поэтому когда она создаёт эту отвратительную клевету о Майкле Джексоне на столь беззаботном фоне, она поражает вас еще сильнее, поскольку она застает врасплох и приходит в тот момент, когда вы меньше всего этого ожидаете. Кравиотто, должно быть, стала хорошим учеником Хичкока, который сказал, что ожидание не имеет никакой ценности, если оно не сбалансировано юмором. «Это эквивалент поездки на американских горках, в которой пассажиры дико кричат летя вниз, но смеются, когда поездка заканчивается».

Когда Кравиотто подверглась критике поклонников МД за неприятную сцену в конце книги, она снова вытащила свою агорафобию как волшебную палочку, чтобы все объяснить — она сказала, что боится каких-либо встреч и именно поэтому ее реакция на еще двух людей в комнате была такой бурной. Однако, учитывая, что она продолжала сниматься в фильмах ужасов, даже несмотря на ее агорафобию, ее объяснение не кажется мне слишком убедительным.

«… я говорю только свое мнение : я борюсь с агорафобией каждый раз, когда выхожу из дома на любую встречу, стараюсь чтобы у меня не было панической атаки перед важным клиентом. Новые лица, и особенно ребенок, сделали эту встречи очень напряженной. Я чувствовала, что обязана была включить эту сцену, потому что я была честна на протяжении всей книги. Но некоторые фанаты бушевали против меня, обзывали меня, говорили ужасные вещи.

Это ранило меня. Я больше не хочу иметь ничего общего с фанатами Майкла Джексона. В течение нескольких недель, однако, сайт поклонников Джексона опубликовал положительный отзыв, отметив, что читатель смог лучше понять Майкла через то, что он хотел сказать в роли Питера Пэна. И с тех пор некоторые люди стали хвалить книгу, даже признавались, что это делает образ Майкла человечным».

Ох, эти ужасные, ужасные фанаты, — говорят ей ужасные вещи, — не так, как другие люди, которые хвалили ее за гуманизацию Джексона …

Чтобы встретиться с людьми, которые хвалили ее за «гуманизацию» Джексона, я, естественно, последовала ссылке, приведенной в вышеупомянутом интервью – http://www.anagoraphobicsguide.com/

Название этого сайта говорило, что именно здесь я найду других страдающих агорафобией, собирающихся вместе и восхваляющих Дарлин Кравиотто за ее смелость покинуть дом и ее невероятные усилия по гуманизации Джексона.

И вы знаете, где я оказалась в результате?

Я оказалась на немецком сайте по продаже одежды.

Название его-Anagoraph, а для непосвященных он выглядит и звучит почти как Agoraphobia. Очевидно поэтому это название было использовано в качестве поддельной ссылки для тех, кто якобы хвалит автора за то, что она так хорошо относится к Джексону.

Откровенно говоря, обнаружение интернет-магазина вместо сайта, где люди обсуждали книгу автора было шоком и заставило меня действительно скверно относиться к Дарлин Кравиотто. Это странное явление только добавило к ощущению, что в книге есть нечто большее, чем то, что бросается в глаза.

Кстати, на данный момент  там есть прекрасные скидки, и кашемировый пуловер Стеллы Маккартни не так уж плох..

СПОНСОР

В конце концов, я нашла людей, которые хвалили книгу из-за человечности Джексона в ней, но они оказались не обычными читателями, как вы могли ожидать, а издателями Кравиотто, которые рассказали насколько хороша книга в своем официальном пресс-релизе, объявляющем о публикации. По какой-то причине пресс-релиз вышел через полгода после публикации книги, в июне 2012 года. Единственная причина, по которой я могу представить себе столь поздний анонс, заключается в том, что издатели хотели оживить внимание читателей к книге и освежить их память об инсинуациях Кравиотто. Кстати, в то время “новозеландский мальчик” тоже готовился к тому, чтобы оказаться в центре внимания, так что с точки зрения разогрева публики для скорого скандала запоздалый пресс-релиз был вполне логичным.

Кравиотто написала об этом в своем блоге и назвала это «словом от нашего спонсора»:

А Теперь Слово От Нашего Спонсора…

Опубликовано 5 июня 2012г.

Я горжусь тем, что делюсь этим пресс-релизом, который вышел вчера, о книге «Руководство по Агорафобии в Голливуде: как Майкл Джексон вывел меня из дома» . http://www.prlog.org/11891788-award-winning-screenwriter-debuts-memoir-on-michael-jackson-project-and-agoraphobia.html?embed

Итак, у Дарлин Кравиотто был спонсор.

А это значит, что она не издавала книгу самостоятельно, и что кто-то вложил деньги в ее проект и заплатил ей за него.

Хорошо.

В пресс-релизе не было сказано ни слова о Джексоне, он похвалил автора: «Награжденный призом сценарист», «автомобильная авария закончилась ее многообещающей актерской карьерой», «сражалась с агорафобией и боялась покинуть свой дом «двенадцать лет», «дебют мемуаров», «секретный проект М», «книга, которая гуманизирует короля поп-музыки так, как никогда раньше».

Короче говоря, он сказал все правильные вещи, чтобы заманить общественность в чтение , включая всю возможную информацию (в комплекте со ссылкой на сайт по продаже одежды Anagoraph). Но он не упоминал, что эта книга по сути «Анти-Джексон».

Естественно, следующим шагом был поиск издателя, то есть спонсора. Издателем оказалась издательская компания «Front Door Books», расположенная в Санта-Барбаре, штат Калифорния, в месте, где живет Дарлин Кравиотто.

На странице издательства рассказывается о компании:

«Front Door Books» — это издательская компания Media Content Publishing, появившаяся в 2011 году в Санта-Барбаре, штат Калифорния. Ее цель — донести качественные истории до фильмов, цифровых и печатных СМИ. Первая книга «Руководство по Агорафобии в Голливуде: как Майкл Джексон вывел меня из дома» написана сценаристом Дарлин Кравиотто, доступна в электронном виде и мягкой обложке на Amazon, Barnes & Noble, I-Tunes и в разных книжных магазинах во всем мире …»

Подождите, так это была их первая книга? И год, когда они опубликовали ее — это был год, когда они создали свою компанию? Означает ли это, что этот спонсор создал издательскую компанию с единственной целью — издать книгу Дарлин Кравиотто? Мой разум мчался над этими странными фактами, также как ум Кравиотто мчался над этим мальчиком и его пиццей. Нет ничего плохого в том, чтобы новый издатель использовал ее книгу в качестве старта, учитывая, что имя Майкла Джексона — это всегда привлекательно. Год был 2011, так что они, должно быть, опубликовали много с тех пор, не так ли? Но вот мы обнаруживаем, что книга Кравиотто на самом деле является единственной книгой в портфолио этой компании. Или, точнее, Кравиотто — единственный автор, чьи истории публикует этот издатель. К настоящему времени я смогла обнаружить еще две их совместные публикации – 54-страничное эссе Кравиотто и ее недавний фантастический роман, который вышел в 2017 году (если вы найдете что-то еще, пожалуйста, подскажите), и это все.

После всех этих открытий уже не было шоком обнаружить, что список из 99 издателей, расположенных в Санта-Барбаре, не включает в себя названия издательства Front Door Books , что еще более удивительно, поскольку они публиковали три истории Кравиотто, поэтому там должно быть какое-то упоминание о них, хоть что-то, однако нет ничего, и все, что у нас есть, — это адрес электронной почты их агента и телефон, указанный в этом пресс-релизе.

Вся эта странная таинственность напоминала мне недавнюю историю бывшего Массада Харви Вайнштейна или агентов, которые работали против его обвинителей под прикрытием вымышленной компании недвижимости в Лондоне, которая никогда не существовала, хотя они поддерживали собственный сайт.

Это также вернуло мне воспоминание о другой издательской компании, созданной с единственной целью — выпустить книгу лжи о Джексоне. Издателем был Рэй Чендлер, для которого это был способ избежать ответственности за содержание книги и нарушение соглашения о конфиденциальности Чендлеров с Джексоном, поскольку он действовал в качестве издателя, а не автора. Кравиотто не публиковалась самостоятельно, поскольку у нее был спонсор, однако это не делает дела лучше, а только хуже, на мой взгляд.

Еще я вспомнил, что книга Дарлин Кравиотто описывает момент в жизни Майкла, после которого две книги, содержащие несколько фотографий обнаженных мальчиков, таинственным образом появились в его Неверленде. Одна из них была подарком от поклонника, и еще одна была дана ему для автографа, Майкл оставил запись на ее форзаце и подписал ее. Каким-то таинственным образом обе книги попали в запертый шкаф Майкла, где они были найдены только в 1993 году во время полицейского рейда, когда горничная, которая перестала работать на Майкла тремя годами ранее (Blanca Francia), чудесным образом изготовила ключ к нему.

Короче говоря, слишком много загадок о книгах и издательских компаниях вокруг Майкла Джексона, если вы понимаете, что я имею в виду. Майкл всегда говорил, что его подставили, но все отмахнулись от этого как от его паранойи, однако, когда мы собрали все эти странные случаи, все выглядит действительно как подстава.

Говорить о паранойе в странных обстоятельствах, когда есть неизвестный спонсор и несуществующий издатель, и все это завернуто в какие-то Anagoraph / Agoraphobia, продающие одежду. Разве это не слишком много?

ИТОГ.

Чтобы получить некоторую опору во всей этой чертовщине, давайте рассмотрим основные моменты и посмотрим, к чему все это сводится.

-В 1990 году был создан проект «М» для фильма с участием Джексона и по какой-то причине он был очень секретным. Нанятым человеком для написания сценария была Дарлин Кравиотто.

-В то время Голливуд не говорил ничего плохого про Джексона. Только то, что он «странный». Поэтому автор вполне может быть тем, кто действительно начал эти намеки.

-В 2011 году (или около того) секретный спонсор дал Кравиотто деньги за ее дебютные мемуары о Майкле Джексоне.

-Она включила в свои мемуары неприятную сцену, излагающую худшие инсинуации о МД и некоего «мальчика из Новой Зеландии», основанную только на ее воображении.

-Книга Кравиотто вышла в ноябре 2011 года, и именно тогда была создана Издательская компания, которая выпустила ее.

-Книга о Джексоне была их первым проектом, за которым последовали только несколько других публикаций Кравиотто, которые больше похожи на способ поддержать и продолжить спонсирование этого конкретного автора.

-Компания не указана в качестве официального издателя. У него нет адреса, и все, что мы знаем, это электронная почта их агента, заявленная в их релизе в 2012 году. На самом деле ничего не известно об этом секретном спонсоре и издателе.

-Единственное, что мы знаем наверняка, это то, что проект был преднамеренной попыткой запятнать имя Майкла Джексона. На этот раз это было сделано более изощренным способом, маскируясь под занимательную историю об агорафобии и проекте «Питер Пэн».

-Вторичной целью книги может быть Стивен Спилберг, который считается единственным препятствием для реализации проекта М. Учитывая, что главной аудиторией книги должны были быть поклонники Майкла Джексона, поэтому вся ярость поклонников должна быть направлена именно на него. Однако Спилберг не тот, кто стоит за книгой Кравиотто, так как ему больше нечего делать, как разрушать репутацию своего имени.

-Значит, это должен быть кто-то другой. Этот человек / люди также имеют информацию из первых рук проекте «M» и дают свое согласие раскрыть, по крайней мере, некоторые подробности.

Все это делает книгу Кравиотто не менее загадочной, чем сам сверхсекретный проект «М».

Но это также дает нам почву для дальнейших расследований..

Страниц: 1 2 3 4 5 6 7

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: