Почему в 1993-ем году Майкл Джексон урегулировал гражданский иск?

Многие люди убеждены, что в свое время Джексон откупился от обвинений. В 1993 году было два дела против Майкла Джексона: уголовное расследование и гражданский процесс. Майкл урегулировал гражданское дело. Откупиться от уголовных обвинений невозможно!

Рекомендуем прочесть о системе судопроизводства гражданских и уголовных дел в США.

Предположение, что ни в чем не виновный человек не пошел бы на соглашение — ошибочно. Есть множество ситуаций, когда невиновные люди идут на заключение соглашения (по статистике большинство гражданских исков заканчиваются урегулированы), большое значение здесь имеют обстоятельства. Итак, позвольте показать вам обстоятельства урегулирования дела 1993 года.

Уголовное расследование проводилось полицией Санта-Барбары и Лос-Анджелеса (то есть было два отдельных расследования, поскольку предполагаемое преступление совершалось на территории обоих округов), гражданский иск был подан Эваном Чандлером. Только уголовное разбирательство и уголовный процесс могут привести к тюремному заключению предполагаемого преступника. Цель гражданского процесса — денежная выплата. Урегулирован гражданский иск. Уголовное дело продолжалось и после этого урегулирования, ничто не препятствовало Чандлерам давать показания против Джексона в уголовном суде.

Прокурор округа Лос-Анджелес Джил Гарсетти заявил сразу после урегулирования:

«Уголовное расследование певца Майкла Джексона продолжается и не будет затронуто объявлением об урегулировании гражданского дела», — сказал Гарсетти. «Окружная прокуратура подтверждает слова г-на Ларри Фельдмана [адвоката Чандлера] о том, что предполагаемой жертве будет разрешено давать показания, и что соглашение по гражданскому делу не повлияет на сотрудничество в уголовном расследовании».


Но стоит также отметить, что едва ли их показания имели значение на тот момент, когда они якобы окончательно отказались. И несмотря на то, что Чандлеры действительно никогда не были заинтересованы в уголовном разбирательстве, вероятнее всего в конечном итоге окружные прокуроры точно так же не были заинтересованы в Чандлерах, и отказ жертвы свидетельствовать, как озвученная причина закрытия уголовного дела (с возможностью возобновления в течение шести лет), — ни что иное, как самооправдание. А настоящая причина в том, что у них совершенно ничего не было против Джексона. Целый год проводили расследования: обыскали Неверленд и дом родителей Майкла, сфотографировали его гениталии, допросили массу потенциальных свидетелей и предполагаемых жертв, но так и не смогли предъявить обвинения. Позднее было очень много мифов вокруг этого дела: от мифа о совпавшем описании до мифа о найденной фотографии обнаженного мальчика. Совершенно очевидно, что все это ложь, которую распространял одержимый идеей посадить Джексона Том Снеддон, прокурор Санта-Барбары (Джил Гарсетти, прокурор Лос-Анджелеса, ничего подобного никогда не заявлял). Для него невыносимо было признать, что все его усилия были напрасны. Однако, если бы все эти улики действительно были у Снеддона, Джексон незамедлительно был бы арестован и обвинения не заставили бы себя долго ждать, как и прокурорам не пришлось бы ждать целый год, пока Чандлеры откажутся давать показания. Изначально Чандлер очень даже сотрудничал с полицией: дал интервью и сделал описание. Чандлеры прекрасно понимали, что если они не будут сотрудничать, то победы в гражданском деле им вероятнее все не видать. У прокуроров было достаточно времени, чтобы предъявить обвинения, и в таком случае уголовное дело пошло бы вперед гражданского — чего так опасались Чандлеры, о чем не скрывая написали с своей книге (выдержка будет далее). Для сравнения, в 2003 году Джексона обвинили всего через месяц после обыска, несмотря на то, что не было совершенно никаких доказательств помимо противоречивых и откровенно лживых показаний братьев Арвизо (они даже даты растления изменить умудрились). Однако на сей раз у обвинителей не было возможности идти в гражданский суд, пока не завершится уголовный, и, благодаря еще одному измененному закону, у Снеддона была возможность использовать в процессе некоторые материалы 1993 года.

У прокуроров действительно огромные преимущества для убеждения Больших жюри в обоснованности обвинений, поскольку рассматриваются аргументы исключительно со стороны обвинения. В 2003 году Большое жюри одобрило обвинительный акт Снеддона по делу Арвизо, не смотря на то, что дело было очень слабым. Потому что подобное происходит в 99.99% случаев!
Среди юристов в США ходит шутка: «Прокуроры могут заставить Большое жюри обвинить бутерброд с ветчиной».

Теперь подумайте насколько слабым было дело 1993 года…


Обычно гражданские жалобы подаются после завершения уголовного процесса, или когда нет возможности начать уголовный процесс. Естественно, можно ожидать, что родители растленного ребенка будут добиваться в первую очередь справедливости, если у них будет такая возможность. 

Однако Чандлеры никогда не хотели уголовного процесса, они сконцентрировались именно на гражданском, т.е. на деньгах. И для достижения урегулирования адвокат Чандлера, Ларри Фельдман, мастерски манипулировал правовой системой Калифорнии. Он настаивал на том, чтобы гражданский процесс рассматривался перед уголовным процессом. Это оказало давление на юридическую команду Джексона, потому что, если гражданский процесс проходит до уголовного процесса по тому же вопросу, это ставит под угрозу право обвиняемого на справедливый уголовный процесс.

Почему? Потому что это дает стороне обвинения в уголовном процессе большое преимущество, поскольку у них есть возможность контролировать гражданский процесс, изучать стратегию защиты, корректировать свою стратегию и требования. 

Кроме того, бремя доказывания в гражданском процессе более поверхностно, чем в уголовном. На самом деле, гражданские процессы не предназначены для справедливого обсуждения уголовных дел. Было много прецедентов, когда гражданское судопроизводство было заморожено, чтобы сначала провести уголовное разбирательство, сохраняя при этом право обвиняемого на справедливый уголовный процесс. 

Однако в случае с Джексоном все попытки его адвокатов приостановить гражданский процесс были отклонены судьей, потому что им был принят довод стороны обвинения, что ожидания не на пользу ментальному здоровью Джордана, и что они имеют право на быстрое гражданское разбирательство. Очевидно, право Джексона на справедливое уголовное разбирательство не было учтено в этом решении.

В крайне неблагоприятных условиях могли оказаться адвокаты, если бы им пришлось сражаться и защищать Джексона одновременно на двух фронтах — как в гражданском, так и в уголовном процессе. Кроме того, они должны были подготовиться к гражданскому суду в течение 120 дней, в то время как полиция по уголовному делу изъяла все личные записи Джексона и отказалась предоставить их копии, или даже список того, что они изъяли.

Книга Рея Чандлера «Все что блестит» цитирует беседу между их адвокатом, Фельдманом и отцом мальчика Эваном Чандлером, где они обсуждают возможность того, что гражданский процесс может быть отложен из-за уголовного процесса:


— Позже днем, после того, как все съели свой праздничный обед, Ларри Фельдман позвонил Эвану с новостями, за которые мы все были благодарны.

— Эй, Эван, ты должен это услышать. Ховард Вайцман снова понизил Филдса в должности. Им определенно не нужны ни твои показания, ни показания Джун. Они не хотят ничего сохранять. Если они собираются заключить сделку, они не хотят, оставлять никаких записей о Джексоне.

— Дерьмо! Ларри, эти парни в полном беспорядке.

— Да, они невероятно облажались. Что может быть лучше? Но я иду вперед. Мы собираемся давить. Пока что я не пропустил ни одного рычага чтобы надавить. Единственное, что нам нужно сделать, это оставить уголовный процесс позади. Я не хочу, чтобы он шел первым.

— Ларри говорил это раньше, но до сих пор в мозгу Эвана это не отложилось.

— Ты имеешь в виду, что если они предъявят обвинение, то уголовное дело будет автоматически рассмотрено вперед?

— Да.

— Иисус Христос!

— Верно! Поэтому мы этого и не хотим.


«Мы этого не хотим», — сказала сторона Чандлера относительно возможности уголовного обвинения Джексона. Ещё раз: только уголовный процесс может отправить предполагаемого преступника в тюрьму; гражданский процесс может привести только к денежному вознаграждению!

Калифорнийский закон, который позволил Чандлерам начать гражданский процесс до начала уголовного процесса, был в конечном итоге изменен — по словам Томаса Снеддона, непосредственно из-за того, что произошло с делом Чандлера. Из-за этого изменения сегодня обвинитель по делу о сексуальном насилии не может подать гражданский иск сразу, по новому закону невозможно возбудить гражданский процесс до уголовного дела по тем же обвинениям. Именно поэтому обвинитель Джексона в 2003 году не мог подать гражданский иск до завершения уголовного процесса, а после это не имело смысла, поскольку в суде он проиграл и шансы выиграть в уголовном были ничтожными.

После того, как все ходатайства о возбуждении гражданского дела после уголовного были отклонены, команда Джексона оказалась между молотом и наковальней. Поэтому, чтобы сохранить шансы на справедливый уголовный процесс, им пришлось уладить гражданское дело. Враждебная и несправедливая кампания в средствах массовой информации, направленная против Джексона, и его проблемы со здоровьем и зависимостью от медицинских препаратов также поспособствовали решению этого вопроса.

Мотивы Джексона для урегулирования часто подвергаются сомнению, однако очень редко задается вопрос (хотя было бы справедливо задать его): почему семья обвинителя так настаивала на урегулировании, делая все возможное, чтобы избежать уголовного процесса?

Их аргументация заключалась в том, что они хотели продолжать свою жизнь и не подвергать Джордана вниманию со стороны средств массовой информации, что неизбежно в громких делах и судебных разбирательствах, подобных этому. Они утверждали, что они также боялись гнева поклонников Джексона. На первый взгляд это может показаться разумным, однако, когда мы более внимательно рассмотрим это утверждение, увидим что оно ложно.

Во-первых, одна из причин, по которой Эван Чандлер нанял Барри Ротмана в качестве своего первоначального адвоката, согласно тайно записанной на пленку телефонной беседе, заключалась в том, что Ротман «жаждал гласности» и «он хочет как можно быстрее донести это до общественности насколько возможно и настолько широко, насколько он сможет» (Записанный телефонный разговор между Эваном Чандлером и Дэвидом Шварцем от 8 июля 1993 г.). Вместо того, чтобы избегать внимания, Чандлеры его искали. Есть веские основания полагать, что статья об этом деле от 1993 года в National Enquirer была опубликована с согласия Чандлеров. В книге Рэя Чандлера еще одна бульварная журналистка, Дайан Димонд, названа ближайшим союзником Эвана (Рэй Чандлер «Все что блестит»).

Похоже, когда в течение нескольких дней после урегулирования, в январе 1994 года, Чандлеры продали свою книгу об обвинениях, они не были обеспокоены тем, что Джордан окажется в центре внимания, или реакцией и угрозами фанатов.

Из-за соглашения о конфиденциальности, связанного с урегулированием, Эвану не было разрешено писать книгу или общаться со СМИ самому, но он справился с этим благодаря его верному брату, Рэю Чандлеру, который публично говорил за них. Тот факт, что Рэй Чандлер действительно выпустил книгу в течение нескольких дней после урегулирования, был подтвержден в суде в 2004 году самим Рэем Чандлером (Заявление Рэймонда Чандлера от 25 октября 2004 г.).

Книга Рэя была в конечном итоге опубликована десять лет спустя, в 2004 году в разгар безумия средств массовой информации, вызванного обвинениями Арвизо. В то время Рэй появлялся во многих СМИ, давал интервью и снимался в документальных фильмах, сильно предвзятых по отношению к Джексону. Также он открыл веб-сайт. Очевидно, он не был обеспокоен освещением в СМИ, не боялся возможных угроз со стороны фанатов Джексона и не беспокоился о том, как это может повлиять на жизнь Джордана в дальнейшем.

Ирония заключается в том, что поскольку Рэй Чандлер заявил в интервью СМИ, что у него есть доказательства вины Джексона, команда защиты Джексона вызвала его в суд в 2005 году, чтобы он представил свои предполагаемые доказательства и дал показания. Однако вместо того, чтобы воспользоваться возможностью окончательно осудить человека, который якобы растлил его племянника, Рэй Чандлер изо всех сил боролся против получения повестки в суд, и в конечном итоге сумел избежать появления в суде и дачи показаний под присягой.

Всякий раз, когда дело доходило до появления в суде, особенно в уголовном, Чандлеры внезапно начинали опасаться гласности и реакции поклонников Джексона. Но они не боялись всего этого, когда речь шла о статьях в таблоидах, публикации книги, ведения веб-сайта или появлении в СМИ и бульварных «документальных фильмах».

Чандлеры также не были обеспокоены вниманием СМИ и возможной реакцией фанатов, когда Эван подал еще один иск против Майкла Джексона в 1996 году , на этот раз на 60 миллионов долларов с требованием, чтобы он мог выпустить музыкальный альбом о растлении своего сына (да, вы правильно прочитали!). В этом иске Эван обвинил Джексона в нарушении соглашения о конфиденциальности 1994 года, когда Джексон публично сказал о своей невиновности в интервью Дайан Сойер в 1995 году.

Во время этого судебного процесса Чандлеры, не стесняясь, снова играли со СМИ в своих интересах. Свидетельство тому можно найти в судебных документах. Например, из ходотайства бывшей жены Джексона Лизы Мари Пресли мы узнаем, что, Чандлеры попытались использовать ее для рекламы.


7 и 8 марта 1997 года в соответствии с постановлением суда Пресли была допрошена в течение двух дней. Когда Пресли и ее адвокат прибыли на место допроса, у дверей их встретили журналисты и телекамеры. Адвокат Чандлера не отрицал, что он вызвал СМИ, чтобы осветить ее показания. Кроме того, адвокат Чандлера дал частное интервью общенациональной программе новостей об этом слушании. Это интервью транслировалось сразу после дачи показаний в крупной телевизионной сети на таблоидном шоу, вместе с записью мисс Пресли и ее адвоката, входящих в комнату для дачи показаний. Адвокат Чандлера, очевидно, тщательно организовал этот медийный блиц, чтобы использовать славу мисс Пресли для личной выгоды, своей и своего клиента.

Во время дачи показаний адвокат Чандлера углубился в личную жизнь Пресли, включая ее брак и отношения с Джексоном. Поскольку показания Пресли охватывали и частные темы, ее адвокат потребовал у адвоката Чандлера сохранять конфиденциальность стенограммы и видеозаписи показаний (Ходатайство Лизы Мари Пресли к иску 1996 года Эвана Чандлера против Майкла Джозефа Джексона и других. Номер дела: SM097360).


Также отметим, что 13-летний мальчик, Джордан Чандлер, выдвинул свои обвинения не по своей воле — изначально он все отрицал. Но отец, Эван заставил его сказать то, что он хотел услышать, а затем использовал эти обвинения, чтобы вымогать деньги у Джексона. Но когда это не удалось, и Джексон отказался платить, они обратились к гражданскому адвокату и начали публичный скандал. Чандлеры цинично хвастаются этим в собственной книге.

«Если бы Майкл выплатил требуемые 20 млн долларов в августе, а не в предстоящем январе, — он мог бы провести следующие десять лет, как самый известный артист, а не как самый неизвестный растлитель детей».

Когда Джексон отклонил денежные требования Чандлера, они в ответ обнародовали свои претензии, и использовали этот скандал для дальнейшего получения денег, оказывая давление на Джексона, и добиваясь высокодоходного урегулирования.

Если бы Джексон действительно хотел заткнуть рот обвинителю, он мог сделать это до того, как обвинения стали достоянием общественности и ими занялись власти.


СУД ДОЛЖЕН БЫЛ ТРАНСЛИРОВАТЬСЯ ПО ТЕЛЕВИДЕНИЮ

Это большой секрет СМИ. Вы никогда не услышите, чтобы они говорили об этом, и даже больше, вы можете увидеть то, как они заняты сокрытием этой информации. Суть этого секрета такова: неважно, в какой суд вылился бы в результате суд над Майклом Джексоном — в гражданский или в уголовный — существовала великая вероятность того, что он превратился бы в большое ежедневное шоу.

Каналом, собиравшимся транслировать суд бы CNN Court TV. Не кажется ли вам интересным то, что CNN, сделавшие свой архив из самых «интересных» статей, касающихся дел по обвинениям Майкла Джексона в растлении, совершенно забыли упомянуть свою собственную немаловажную роль в драме, разыгравшейся в 1993 году?

Также является интересным то, что решение транслировать по телевидению судебное разбирательство было обнародовано практически сразу же после досмотра обнажённого Майкла Джексона (20 декабря) — ровно через пять дней (25 декабря) и через три дня после его слёзного телевизионного обращения (22 декабря).

Перспектива увидеть фотографии его гениталий на телеэкране открывала перед телекомпанией гигантские возможности от этой трансляции. Для Court TV это было беспроигрышное положение, гарантирующее взлетевшие до небес рейтинги программы и «развлечение века» для публики. И только Майкл Джексон был тем, кому было гарантировано величайшее унижение всей его жизни.

Впервые мы видим новости о планах Court TV по поводу трансляции шоу через три дня после телевизионного обращения Майкла:


Court TV добивается телевизионной трансляции суда над Майклом Джексоном (опубликовано 25 декабря, 1993 года / статья Тома Джиша / Tom Jicha, Fort Lauderdale Sun-Sentinel).


Майкл Джексон заявил в среду о том, что надеется на скорейший суд, чтобы он смог очистить свою репутацию от предъявленных ему обвинений в растлении мальчика. Если, и как только назначат дни суда для артиста, видео-вуайеристы смогут получить возможность наблюдать практически за каждой минутой судебного процесса.


Стивен Брил, главный исполнительный директор и редактор Court TV, сказал в эфире о том, что будет стараться охватить суд над Джексоном, если он произойдёт.


Court TV заинтересован как в гражданском, так и в уголовном суде. Начало гражданского суда от имени 13-ти летнего мальчика предварительно назначено на март. Майклу Джексону не было предъявлено обвинений в совершении уголовного преступления.


Штат Калифорния допускает присутствие камер в зале суда. Court TV помогли обратить долгий суд по поводу убийства братьев Менендез в ежедневное шоу для миллионов телезрителей, ставшее альтернативой мыльным операм. В случае с Джексоном — в суде участвуют несовершеннолетние, что усложняет дело.


Мистер Брил сказал, что он не уверен в том, что камеры будут допущены в зале суда. Но он надеется на то, что поскольку Court TV признаны как благоразумные и ответственные, это поможет получить доступ телевидения в зал суда.


«Правила штата Калифорния неясны в случае, если в процесс вовлечены дети», — сказал мистер Брил. «Тем не менее, мы можем объяснить судье то, что это наша политика — не разглашать имён и облика несовершеннолетних».

В качестве примера первого крупного судебного разбирательства в истории кабельного телевидения можно привести процесс по изнасилованию в Палм Битч, совершенному Уильямом Кеннеди Смитом — тогда Court TV использовали голубую точку, чтобы оградить личность Патриции Боуман, которой после суда было позволено изменить имя.


Если бы не было заключено мировое соглашение, уверены, Court TV смогли бы объяснить судье, что освещение процесса будет иметь важное значение для обеспечения свободы слова и благосостояния нации, а также для принципов демократии, на которых зиждется государство. Так что здесь не беспокойтесь — они прекрасно смогли бы организовать эту телевизионную трансляцию.

Для того, чтобы доказать свою полную невиновность в гражданском суде, ему не оставалось бы ничего другого, как продемонстрировать те проклятые фотографии в качестве вещественных доказательств: сначала двенадцати присяжным — мужчинам и женщинам, затем судье, судебному обозревателю, полицейским — мужчинам и женщинам. После этого была вероятность того, что их, как минимум, будут обсуждать, или вовсе покажут (хотя бы зарисовки) СМИ и зрителям, присутствующим в зале суда, а затем, возможно, всей мировой телевизионной аудитории тоже.

На следующий день после публикации новостей о возможном освещении судебного процесса телевидением, LA Times подтвердили новость: «Теперь подняты новые насущные проблемы: он будет избегать зрелища по национальному телевидению, освещающего гражданский суд, зондирующий самые интимные аспекты его личной жизни».

Вслед за новостями от 26 декабря 1993 года наступила полная тишина и никто больше не говорил на эту тему дальше.

После расположения всех этих событий в том временном ракурсе, в котором они имели место быть, думаю, что не 20-го декабря, когда состоялся осмотр его обнаженного тела, воля Майкла Джексона была в конце концов сломлена. Думаю, это случилось после сообщения 25 декабря о возможном телевизионном освещении суда, когда он осознал то, какое ужасающее испытание ему уготовано, и то, что он будет просто не в состоянии с ним справиться.

Он был абсолютно невиновен, и фотографии это доказали, но представьте себе хотя бы на секунду увеличенные фотографии ваших гениталий на телевизионном экране, и, возможно, вы поймёте, что подобная ситуация оказалась полным тупиком для Майкла Джексона.

Я уверена, что ужас увидеть эти фотографии на следующее утро на передовице каждой газеты по всему миру сделал эту ситуацию ещё более ясной для Джексона и потребовал что-то срочно предпринять для того, чтобы избежать хотя бы малейшей угрозы того, что это случится.

Когда Мартин Башир задал ему вопрос о деле 1993 года, Майкл упомянул возможное ТВ-освещение, как первую причину этого соглашения.

«Я не хотел долгих и продолжительных вещей на ТВ, таких как OJ, и всех тех глупостей, понимаешь, это не было бы правильным. Я сказал: слушайте, пора кончать с этим. Я хочу жить своей собственной жизнью. Это нелепо, с меня хватит, идите».

Только из-за своей застенчивости он никогда не фокусировал внимание на этом вопросе и даже никогда не говорил о том, что видеть то, как различные ток-шоу обсуждают эти фотографии — могло бы быть для него ужасным унижением самим по себе.

Сегодня СМИ не желают признавать своей вины в том, что случилось с Майклом Джексоном в 1993 году. Они пытаются скрыть факт возможного ТВ-шоу по делу Майкла Джексона и вычищают все упоминания об этом возможном освещении судебного процесса.

Мы узнаём об этом из урезанной версии слов Майкла (в интервью Баширу), которая была опубликована много лет спустя — в день смерти Майкла Джексона. То, что в оригинале звучало как: «Я не хотел долгих и продолжительных вещей на ТВ, таких как OJ». (I didn’t want to do a long drawn-out thing on TV like OJ) в версии 2003 года превратилось в простое «Я не хотел долгих и продолжительных вещей» (I didn’t want to do a long drawn-out thing).

Вычеркивание из фразы основной её сути настолько характерно, что просто кричит о правде лучше любых слов — СМИ не хотят, чтобы мы знали об этом специфическом факте, имевшим место быть в истории 1993 года и не хотят вообще, чтобы в широких кругах знали правду о Джексоне.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Create a website or blog at WordPress.com Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: